Получение объективных данных о краткосрочной и долгосрочной эффективности и безопасности препарата на основе полипептидов семенников крупного рогатого скота в реальной клинической практике. Материалы и методы. В проспективное многоцентровое неинтервенционное (наблюдательное) исследование вошли 668 пациентов из 16 городов России с нарушениями сперматогенеза (олигоастенозооспермия) и установленным диагнозом «мужское бесплодие», которые начали получать препарат на основе полипептидов семенников крупного рогатого скота Тестивелл 5 мг 1 раз в неделю в течение 10 недель. При последующих 3 визитах с интервалом 3 месяца и периодом наблюдения до 9 месяцев анализированы параметры спермограммы, индекс фрагментации ДНК (фДНК), а также клинические результаты (наступление беременности и рождение ребенка). Результаты. На фоне терапии Тестивеллом показано улучшение показателей спермограммы во всех популяциях и субпопуляциях исследования: концентрация сперматозоидов повысилась с 21 [7; 46] до 34 [12; 62] млн/мл (р<0,001); число прогрессивно-подвижных сперматозоидов – с 12,6 [2,3; 41,3] до 31,2 [6,6; 74,7] млн (р<0,001); пропорция сперматозоидов с нормальной морфологией – с 2 [1; 3] до 3 [1; 4]% (р<0,001). При исходно повышенной фДНК отмечено снижение показателя с 27 [21; 37] до 11 [2; 17,5]% (р<0,001). 184 участника из завершивших курс терапии прошли полный цикл наблюдения с отслеживанием зачатий и рождений. Отмечено 85 зачатий, что составило 48,9% [37,7%; 52,4%] популяции клинической эффективности. Собраны данные о 70 исходах зачатий, во всех случаях беременность завершилась рождением живого и здорового ребенка. Показана хорошая переносимость Тестивелла в сочетании с другими группами препаратов. Не отмечено клинически значимых нежелательных реакций. Заключение. В реальной клинической практике получено подтверждение краткосрочной (в отношении базовых параметров эякулята, фДНК) и долгосрочной эффективности (в отношении частоты наступления беременностей и живорождения в парах), а также безопасности курсовой терапии препаратом на основе полипептидов семенников. Тестивелл может применяться как для лечения идиопатического бесплодия, так и в дополнение к основному лечению при известных причинах бесплодия и при подготовке пары к вспомогательным репродуктивным технологиям (ВРТ) при наличии нарушений сперматогенеза (олигоастенозооспермии), сопровождающихся нарушением фертильности у мужчин.

Варикоцеле (ВЦ) – одна из основных причин мужской инфертильности, однако не всегда варикоцеле ассоциировано с бесплодием. Помимо хирургических способов коррекции патоспермии при ВЦ, предложена адъювантная антиоксидантная терапия. Из практики известно, что не все пациенты оперируются сразу и по аналогии с онкологическими заболеваниями может быть полезной неоадъюватная терапия. Оптимальным способом оценки эффективности гипотезы является проведение исследования на модели варикоцеле в хроническом эксперименте. Цель исследования: изучить влияние сроков инициации антоксидантной терапии на показатели спермограммы и структуру семенника на модели варикоцеле. Материалы и методы. В хроническом эксперименте было задействовано 20 половозрелых кроликов-самцов рандомизированных в четыре группы: Группа I (N) – интактные животные для предоставления нормальной анатомии семенника и показателей спермограммы (n=5). Группа II – группа контроля (ГК) – модель ВЦ без лекарственного воздействия, вывод через 2 месяца после формирования ВЦ (n=5). Группа III – основная группа 1 (ОГ1) – модель ВЦ и лекарственное воздействие в течение первого месяца с момента формирования ВЦ и семидневного ежесуточного введения прогестерона (n=5). Группа IV – основная группа 2 (ОГ2) – модель ВЦ и отсроченным лекарственным воздействием в течение второго месяца с момента формирования ВЦ и семидневного ежесуточного введения прогестерона (n=5). Препарат вводили внутрижелудочно в дозе по L-карнитину 26,15 мг/сут с учетом видовых особенностей кролика. Семенную жидкость исследовали при помощи световой микроскопии с оценкой количества и качества сперматозоидов. Изъятые семенники подвергали морфологическому исследованию с окрашиванием по Маллори и гематоксилином и эозином. Осуществляли полуколичественный подсчет фибробластов в микропрепарате. Результаты и обсуждение. Спустя 14 суток от создания модели у всех животных II–IV экспериментальных групп визуализированы расширенные семенные вены (в среднем до 1,8 мм, без различий между группами) и регистрирован в них гемодинамический рефлюкс. Средний диаметр семенных вен (до 2,1 мм) на 30-е сутки – 2,1 мм; на 60-е сутки – 2,0 мм. Отмечено прогрессирующее уменьшение объема левого семенника за 60 суток в среднем на 1,1 см3 (p>0,05 между всеми группами). В группе I (N) исходные характеристики общих показателей спермограммы были достоверно выше, чем в экспериментальных группах II–IV (p<0,05–0,01). Общее количество сперматозоидов – 310,2 млн (в группе N) против 199,3 млн (в ГК), 247,6 млн (в ОГ1) и 221,3 млн (в ОГ2). В группе N: 94,3% живых форм сперматозоидов, общая подвижность сперматозоидов (PR+NP) – 91,4%, прогрессивная подвижность сперматозоидов (PR) – 87,2%, скорость сперматозоидов – 13 мк/сек. Между группами ОГ1 и ОГ 2 отмечена разница в результатах спермограммы с преобладанием в лучшую сторону в группе ОГ1: общее количество сперматозоидов составило 247,6 млн (в ОГ1) / 221,3 млн (в ОГ2); живых форм – 80,6 / 74,4% соответственно; PR+NP – 73,4 / 67,1% соответственно; PR – 65,4 / 56,7% соответственно и скоростью сперматозоидов 8 / 6 мк/сек соответственно) (p<0,05 vs N). Показатели спермограммы в группе ГК были значимо хуже, чем в ОГ 1 и ОГ2: общее кол-во сперматозоидов – 199,3 млн (в ГК) / 247,6 млн (в ОГ1) и 221,3 млн (в ОГ2); живые формы – 68,3% (в ГК) / 80,6% (в ОГ1) / 74,4% (в ОГ2); PR+NP – 61,5 / 73,4 / 67,1% соответственно, PR – 48,7 / 65,4 / 56,7% соответственно, скорость сперматозоидов – 4 / 8 / 6 мк/сек соответственно (p<0,01). Оценка морфологии сперматогенного эпителия по Johnsen S.G. (1970 г.) в модификации (2014 г.): Группа I (N) – 10 баллов; ГK – неоднородная гистологическая картина со значительной редукцией сперматогенеза, 6–7 баллов; ОГ1 – неоднородная картина с незначительной редукцией сперматогенеза, 8–9 баллов; ОГ2 – неоднородная картина с заметной редукцией сперматогенеза, 7–8 баллов. Заключение. Сформировавшееся ВЦ в проведенном эксперименте оказало негативный эффект на функцию и структуру семенника, подтвердив эффективность способа создания. L-Карнитин оказал протективное действие на ткань гонады и на качество эякулята. Этот эффект оказался выше при более раннем введении препарата от момента формирования модели. Данный эффект может быть полезен в клинической практике и требует дальнейшего изучения.

Трансуретральная нефролитотрипсия (ТНЛ) занимает одно из ведущих мест среди методов лечения мочекаменной болезни (МКБ). В то же время высокая ресурсоёмкость и увеличение числа подобных вмешательств актуализируют вопрос о необходимости оценки экономической эффективности их финансирования в рамках системы обязательного медицинского страхования (ОМС). В период с 2022 по 2024 годы тарифы на ТНЛ в системе ОМС демонстрировали поступательный рост, что обусловлено переводом услуги в более высоко возмещаемые клинико-статистические группы (КСГ). Тем не менее, несмотря на увеличение тарифов, сохраняется проблема их достаточности при оказании вмешательств высокой клинической сложности.
Цель. Провести анализ достаточности тарифа КСГ для компенсации фактических расходов на выполнение ТНЛ различной степени сложности в федеральной медицинской организации города Санкт-Петербурга.
Материалы и методы. Проведен анализ 157 случаев выполнения ТНЛ, в 2024 году в урологическом отделении клиники высоких медицинских технологий им. Н. И. Пирогова СПбГУ. Затраты были классифицированы на прямые и косвенные и далее сопоставлены с тарифом КСГ.
Результаты. Средние затраты на лечения пациентов с применением ТНЛ варьировались от 139 тысяч рублей до 180 тысяч рублей в зависимости от категории сложности. Прямые затраты составили 88–91% структуры расходов. Тариф КСГ (147 тысяч рублей) покрывал только расходы на ТНЛ первой категории сложности. В более сложных случаях затраты превышали тариф на 11,5–22,4%. Как итог, для 83% пациентов, пролеченных в клинике методом ТНЛ, установленные тарифы оказались недостаточными для возмещения понесённых расходов, а дефицит составил 3,01 млн рублей.
Заключение. В целях повышения экономической устойчивости клиник, работающих в системе оплаты по КСГ, рассматривается возможность внедрения новых механизмов возмещения. В частности, предлагается использовать дифференцированные значения коэффициента сложности лечения пациентов при оказании услуг ТНЛ в зависимости от соответствующей категории сложности. Для региональных медицинских организаций с собственной системой оплаты (Москва и Санкт-Петербург) рекомендуется предусмотреть тарифы, покрывающие расходы по всем категориям сложности ТНЛ.

В связи с увеличением числа выполняемых цистэктомий (ЦЭ) существенно повысилась необходимость в эффективных методах отведения мочи. Снижающаяся частота выполнения континентной кожной уродеривации (ККУД) ведет к обеднению арсенала современной реконструктивной урологии и снижению качества жизни пациентов после цистэктомии при невозможности ортотопической неоцистопластики.
Цель исследования. Выполнить сравнительный анализ клинических и функциональных результатов классической и модифицированной континентной кожной уродеривации по Kock.
Материалы и методы. Проанализированы результаты лечения 56 больных, перенесших отрытую ЦЭ и ККУД по классической методике Kock – 13 (23,2%) пациентов, открытую ЦЭ и модифицированную ККУД по Kock – 27 (48,2%) и лапароскопическую ЦЭ и модифицированную ККУД по Kock – 16 (28,6%) больных.
Результаты. Частота иссечения пролабировавшей сетки клапана при модифицированной операции снизилась в 6,2 раза. Частота ревизий клапана при классической операции потребовалась 30,8% пациентам, тогда как при модифицированной операции – 7,0% больным – снижение частоты ревизий клапана в 4,4 раза. Образование конкрементов в резервуаре оказалось в 1,4 раза ниже в группе модифицированной операции. Затрудненная аутокатетеризация в группе модифицированной операции снизилась на 23,9% – в 4,5 раза. Континентными оставались 76,9 и 93,1% больных в сравниваемых группах соответственно с улучшением результатов на 16,2% (в 1,2 раза) при модифицированном резервуаре Kock. Преимущества хирургических доступов (открытая операция против лапароскопической), модификация ККУД (модифицированная операция Kock против классической) становятся определяемыми только при учете результатов отсроченного послеоперационного периода (≥90 сут.).
Выводы. Несмотря на угасающую популярность традиционной гетеротопической континентной уродеривации по Kock, что безоговорочно обедняет арсенал современной реконструктивной урологии, ее модифицированная версия представляет собой перспективный инструмент в руках современного уролога.

Цель. Оценить эффективность и безопасность многокомпонентного комплекса в лечении мужского бесплодия.
Материалы и методы. В исследование были включены 90 пациентов от 18 до 45 лет с установленным диагнозом «мужское бесплодие» (наличие олигозооспермии и/или астенозооспермии). После применения критериев исключения пациенты были разделены на три группы: первая группа получила стандартные рекомендации по модификации образа жизни и принимала комплекс по 1 саше 1 раз в день на протяжении 3 месяцев, вторая получала 2 саше в сутки, а третья группа пациентов получала только стандартные рекомендации по образу жизни. Анализ эякулята проводился перед включением в исследование, на 30, 60 и 90 сутки. Статистический анализ проводился с использованием программного обеспечения IBM SPSS v. 26.0.00.
Результаты. Через 90 дней терапии между сравниваемыми группами выявлены статистически значимые различия по показателям подвижности сперматозоидов и уровню генерации активных форм кислорода (АФК). По доле прогрессивно подвижных сперматозоидов различия были значимыми (p=0,0037), так же как по доле общей подвижности (p=0,002), количеству прогрессивно подвижных (p=0,029) и подвижных сперматозоидов (p=0,0165), а также по уровню АФК (p=0,086). При этом объем эякулята, концентрация и общее количество сперматозоидов, морфология, индекс фрагментации ДНК и HBA-тест статистически значимо не различались (p>0,05). По результатам post hoc анализа отмечались значимые отличия по доле подвижных и прогрессивно подвижных сперматозоидов, а также по уровню АФК между группами 1 и 3 и между группами 2 и 3, тогда как между группами 1 и 2 различий не выявлено.
Заключение. Применение комплекса ассоциировано с улучшением показателей подвижности сперматозоидов и снижением выраженности оксидативного стресса уже в первые 1–2 месяца приема с сохранением эффекта к 90-му дню.

Цель. Определить основные методы хирургического лечения стриктур уретры у женщин, оценить их эффективность и безопасность. Материалы и методы. В соответствии с принципами PRISMA проведен систематический обзор литературы (PubMed, Embase и др.) по исследованиям, сравнивающим ≥2 методов лечения стриктур уретры у женщин. Включались рандомизированные клинические исследования (РКИ), проспективные и ретроспективные когортные обсервационные исследования (ОИ) и серии наблюдений (≥10 пациенток). Критерии включения: подтвержденная стриктура уретры у женщин, сравнение как минимум двух хирургических методов лечения, наличие данных по первичным исходам, включавшим восстановление проходимости уретры или отсутствие рецидива, а также вторичным исходам (рецидивы, осложнения, функциональные показатели, удовлетворенность, качество жизни). Качество доказательств оценивалось по системе GRADE. Проводился метаанализ с расчетом совокупных показателей успешности выполненного лечения и анализа гетерогенности (I²). Результаты. В итоговый обзор включено 37 исследований (общая численность – 1279 пациенток), в том числе 1 РКИ и 36 ОИ. Основными хирургическими методами лечения стриктур являлись простое бужирование, внутренняя оптическая уретротомия (ВОУТ) и различные варианты пластик. В связи с тем, что бужирование и ВОУТ часто чередовались или использовались последовательно внутри одного исследования, они были объединены в группу – дилатационные методы. Различные виды уретропластик включали в себя использование графта (трансплантата) буккальной слизистой (ГБС), а также вагинальных или лябиальных лоскутов, таких как лоскут малой половой губы (ЛМПГ), и трансплантатов, в том числе их комбинации. В метаанализе уретропластика продемонстрировала значительно более высокие совокупные показатели успеха (СПУ) или отсутствие рецидива – 92% (95% ДИ 89–95%) при средних сроках наблюдения более 2 лет, по сравнению с дилатацией (47%; 95% ДИ 39–55%). Уретропластика с использованием ГБС позволила излечить 88–95% пациенток при средних сроках наблюдения 2–3 года, сходные результаты отмечены при использовании вагинальных лоскутов (ВЛ) или ЛМПГ – 78–94%. Различия между техниками уретропластики были небольшими: комбинированные операции (например, совмещение буккального и вагинального трансплантатов для протяженных стриктур) также приводили к восстановлению проходимости, хотя данных по ним было представлено мало. После уретропластики наблюдалось значительное улучшение уродинамических показателей: максимальная скорость потока мочи (Qmax) увеличивалась в среднем с 6–8 до 20–25 мл/с, индекс симптомов нижних мочевыводящих путей снижался (например, AUA-SS с 22 до 6 баллов), а качество жизни пациенток достоверно повышалось. Напротив, дилатационные методы (ДМ) давали лишь временное облегчение симптомов: уже в течение первого года более половины пациенток сталкивались с рецидивом стриктуры и необходимостью повторных вмешательств. Метаанализ показал, что риск рецидива стриктуры (РС) после дилатации существенно выше, чем после пластики (отношение рисков 3:1, p<0,001). Частота осложнений во всех группах была низкой: наиболее распространенное осложнение уретропластики – легкое стрессовое недержание мочи в раннем послеоперационном периоде (5–15% случаев), как правило, преходящее и исчезающее в течение ≤6 месяцев. Места забора лоскутов и графтов обычно заживали без серьезных последствий. Сравнительный анализ показал отсутствие значимых различий в частоте осложнений между различными видами уретропластики. Выводы. В результате проведенного исследования можно заключить, что на сегодняшний день существуют два основных направления хирургического лечения стриктур уретры у женщин – дилатационные методики (ДМ) и реконструктивно-пластические операции. Оба продемонстрировали свою высокую безопасность. Тогда как высокую эффективность показали только пластические операции независимо от варианта используемой техники и тканей, применяемых для реконструкции. Мы считаем крайне необходимым проведение дальнейших проспективных рандомизированных исследований, которые помогут с большей достоверностью оценить эффективность хирургического лечения, а также отдаленные результаты, включая сравнение различных видов уретропластики и их влияние на функцию мочеполовой системы и жизнь женщины в целом.

Резолюция совета экспертов.

Синдром персистирующего мюллерова протока – редкая форма внутреннего мужского псевдогермафродитизма, при которой у пациента мужского пола с кариотипом 46XY наблюдаются производные мюллеровых протоков – матка, маточные трубы и влагалищный отросток урогенитального синуса. В данной статье представлено описание редкого клинического наблюдения поздней диагностики синдрома персистирующих мюллеровых протоков у мужчины 42 лет.

Варикоцеле является распространенным заболеванием, проявляющимся расширением вен гроздьевидного сплетения левого яичка, и встречается у 15–20% подростков и мужчин. Клинические проявления включают боль, уменьшение объема левого яичка, бесплодие и наличие объемного образования в виде расширенных вен в мошонке. У подростков одним из основных показаний к операции на сегодняшний день является профилактика инфертильности в будущем, при этом доказанного эффекта какого-либо консервативного лечения не описано. В литературе были предложены различные методики оперативного лечения варикоцеле – забрюшинный, лапароскопический, паховый, подпаховый, рентгенхирургический (эмболизационный), при этом у каждой методики есть свои недостатки и преимущества. В данном наблюдении мы описываем довольно редкое осложнение, возникшее после операции интраваскулярной окклюзии внутренней семенной вены спиралью.

Искусственный интеллект (ИИ) является одной из самых инновационных и перспективных областей современных технологий, которая оказывает значительное влияние на различные отрасли медицины, включая урологию. ИИ все чаще применяется не только для диагностики урологических состояний, но и для их лечения и прогностического анализа. Поиск литературы проводили в электронных базах данных PubMed, Web of Science, Scopus, CyberLeninka, eLibrary. Критериями включения служили оригинальные исследования применения методов ИИ в урологии, обзоры литературы по теме. Критерии исключения: предварительные исследования, тезисы конференций. Продемонстрированы широкие возможности применения методов ИИ в различных областях урологии. Алгоритмы машинного и глубокого обучения демонстрируют высокую точность в задачах диагностики урологических заболеваний по данным анализов и визуализации. Модели ИИ могут помочь хирургам в планировании и навигации операций. Также ИИ показал потенциал для прогнозирования рецидивов и осложнений на основе анализа клинических данных. Успешные примеры внедрения ИИ отмечены в онкоурологии, нефрологии, андрологии. Обсуждаются дальнейшие направления совершенствования моделей ИИ и их интеграции в клиническую практику.
Заключение. Искусственный интеллект демонстрирует высокую эффективность в различных областях урологии – от анализа изображений до хирургической навигации. Однако его внедрение требует решения вопросов этики и валидации систем. При правильном подходе интеграция ИИ и опыта врачей может значительно улучшить диагностику заболеваний и лечение пациентов. Дальнейшие исследования в этой сфере перспективны и могут привести к прорывам в урологической практике.

Приобретенная проксимальная обструкция семенных путей может формироваться вследствие инфекционно-воспалительных, посттравматических и ятрогенных поражений придатка яичка и начальных отделов семявыносящего протока. При двустороннем поражении она приводит к обструктивной азооспермии. Основными способами преодоления бесплодия остаются хирургическое получение сперматозоидов и микрохирургическая реконструкция, однако возможность консервативного воздействия на воспалительно-фиброзный компонент обструкции представляет практический интерес.
Цель. Пилотная оценка возможности влияния применения разных лекарственных форм бовгиалуронидазы азоксимера на характеристики спермограммы у пациентов с приобретенной проксимальной обструкцией семенных путей.
Материал и методы. Обследованы 80 мужчин с обструктивной азооспермией на фоне проксимальной обструкции семенных путей и обусловленным этим бесплодием. Пациенты были разделены на две группы по 40 человек. В первой группе применяли бовгиалуронидазу азоксимер в форме ректальных суппозиториев 3000 МЕ, во второй – в форме лиофилизата для внутримышечного введения 3000 МЕ. Контрольный осмотр и оценку спермограммы проводили однократно через 95–105 дней от начала терапии. Статистический анализ носил преимущественно описательный характер; сравнение доли пациентов с появлением сперматозоидов выполняли с использованием точного критерия Фишера.
Результаты. Сперматозоиды в эякуляте появились у 10 из 80 пациентов (12,5%). Медиана концентрации сперматозоидов составила 0,85 млн/мл, медиана общего количества сперматозоидов – 1,65 млн, медиана общего количества подвижных сперматозоидов – 0,1815 млн. В группе суппозиториев сперматозоиды появились у 6 из 40 пациентов (15,0%), в группе инъекционной формы – у 4 из 40 пациентов (10,0%). Различие между группами не было статистически значимым (p=0,737).
Выводы. Полученного количества сперматозоидов было недостаточно для естественного зачатия, однако в отдельных случаях оно могло иметь практическое значение для криоконсервации и последующего применения в программах интрацитоплазматической инъекции сперматозоида. Результаты следует рассматривать как предварительные с учетом пилотного дизайна, отсутствия контрольной группы и ограниченного числа пациентов с положительным ответом.
Заключение. Полученные данные позволяют рассматривать препарат бовгиалуронидаза азоксимер как потенциально патогенетически обоснованный компонент комплексной терапии пациентов с проксимальной обструкцией семенных путей. Для уточнения клинического значения результатов необходимы дальнейшие исследования надлежащего методологического качества.

Гиперактивный мочевой пузырь (ГМП) относится к наиболее частым причинам нарушений мочеиспускания. Частота ГМП у взрослых составляет 15–25%. Фармакотерапия является ведущим методом лечения ГМП, однако многие ее аспекты остаются недостаточно изученными.
Цель. Оценить эффективность антихолинергического препарата троспия хлорида (ТХ) при лечении гиперактивного мочевого пузыря у взрослых и детей.
Материалы и методы. Исследование проведено в соответствии с критериями PRISMA. Выполнен поиск в базах eLibrary, PubMed, EMBASE, Web of Science, Cochrane Library за период 1991–2025 гг. В анализ включены рандомизированные и нерандомизированные контролируемые исследования и проспективные наблюдательные исследования с количественными данными (M±SD или OR/доли). В исследованиях у взрослых была обязательна контрольная группа, для детей допускались исследования «до–после». Всего в анализ включено 28 исследований (20 – у взрослых, 8 – у детей). Общее число пациентов, получавших ТХ, – 2807 (2497 взрослых, 310 детей).
Результаты. Полученные данные свидетельствуют о высокой эффективности ТХ в разных возрастных группах. У взрослых назначение ТХ приводило к клинически значимому снижению частоты мочеиспусканий (SMD -0,67; 95% ДИ -0,78…-0,56), снижению риска ургентного недержания на 71% (OR 0,29; 95% ДИ 0,22…0,38) и увеличению среднего объема мочеиспускания на 52,8 мл (95% ДИ 42,1…63,5). Выявлена тенденция к дозозависимому эффекту ТХ: доза 60 мг/сут эффективнее 20–30 мг/сут (p=0,07; R²=0,35). У детей назначение ТХ сопровождалось полным исчезновением недержания мочи у 46% пациентов, увеличением емкости мочевого пузыря в среднем на 45,8 мл, а снижение частоты мочеиспусканий оказалось еще более выражено, чем у взрослых (SMD –1,21, в абсолютных величинах – на 6,9 в сутки: с 16,2 до 9,3).
Заключение. Результаты проведенного метаанализа свидетельствуют о высокой эффективности ТХ при лечении ГМП. ТХ может рассматриваться как препарат первой линии антихолинергической терапии у взрослых с ГМП. У детей также отмечена высокая эффективность, однако необходимы дополнительные рандомизированные исследования с плацебо-контролем.

В патогенезе хронического бактериального цистита существенная роль отводится цитокин-опосредованным механизмам. Однако дизайн подавляющего большинства проведенных исследований не учитывал особенности системного нутритивно-метаболического статуса изучаемых субъектов, который мог оказывать дополнительное влияние на изучаемые параметры цитокинового обмена, непосредственно не связанное с инфекцией. Витамин D обладает убедительно документированными иммуномодулирующими и противовоспалительными свойствами, а его дефицит демонстрирует достоверные связи с высокими рисками развития первого эпизода инфекции мочевыводящих путей (ИМП) и их рецидивов, однако влияние D-статуса на цитокиновый обмен мочевого пузыря при ИМП практически не изучено. Цель исследования: изучить особенности цитокинового статуса мочевого пузыря в экспериментальных моделях дефицита витамина D и хронического бактериального цистита. Материал и методы. Исследование проведено на 20 половозрелых самках белых крыс, которые после экспериментального моделирования дефицита витамина D были разделены на две группы: контрольная группа (n=10) без D-дефицита и основная группа (n=10) с D-дефицитом, в каждой из которых далее создавалась модель рецидива хронического бактериального цистита. Исследования цитокинового статуса (тканевые концентрации секреторного IgA (sIgA) и цитокинов ИЛ-8 и ИЛ-10) в гомогенатах мочевых пузырей животных на обоих этапах эксперимента проводили методом твердофазного хромогенного иммуноферментного анализа («сэндвич»-ИФА) (ELISA). Статистическая обработка данных выполнялась на индивидуальном компьютере с помощью электронных таблиц Microsoft Excel и пакета статистических программ Statistica V10 (StatSoft Inc., США) и SPSS Statistica V17 (США). Результаты. Средняя базальная тканевая концентрация sIgA в интактном мочевом пузыре в основной группе оказалась достоверно в 1,4 раза ниже по сравнению с контрольной (р<0,001) без статистических различий базальных концентраций ИЛ-8 и ИЛ-10 (р>0,05), а в модели хронического бактериального цистита средние индуцированные тканевые концентрации sIgA, ИЛ-8 и ИЛ-10 в мочевом пузыре в основной группе оказались достоверно ниже в 2,5 раза, в 1,7 раза и в 2,8 раза соответственно, по сравнению с контрольной группой (р<0,001). Обсуждение. При дефиците витамина D в экспериментальной модели хронического бактериального цистита выявлено существенное и достоверное снижение напряженности локального антиинфекционного иммунитета и антиинфекционной иммунореактивности мочевого пузыря в виде развития в нем декомпенсированного гипоэргического инфекционно-воспалительного процесса, который может быть одной из причин описанного в литературе повышенного риска развития ИМП и их рецидивов на фоне дефицита витамина D. Заключение. Дефицит витамина D способен независимо угнетать локальный антиинфекционный иммунитет и иммунореактивность мочевого пузыря как в норме, так и при внедрении в него уропатогенов, что позволяет рассматривать его в качестве важного системного регулятора иммунологических механизмов хронического бактериального цистита.

Представлено три клинических наблюдения у пациентов с различными проявлениями пиелонефрита. По результатам ПЭТ/КТ с 18F-ФДГ и просвечивающей электронной микроскопии почечной паренхимы с увеличением в 10 тыс. раз выявлены особенности ультраструктурных и молекулярно-клеточных проявлений острого гнойного пиелонефрита, хронического пиелонефрита с неврогенной гипертонией и хронического пиелонефрита с исходом во вторично-сморщенную почку. Обсуждается клиническая значимость выявленных изменений и достоверность полученных результатов, а также перспективы их дальнейшего применения.

Стрессовое недержание мочи (СНМ) у мужчин после операций на предстательной железе существенно снижает качество жизни. Основными методами оперативной коррекции СНМ являются имплантация мужского слинга (МС) и искусственного сфинктера мочевого пузыря (ИСМП). Оптимальный выбор метода зависит от степени СНМ. PAD-тест и количество прокладок недостаточно точно отражают функциональное состояние наружного сфинктера мочевого пузыря. Использование шкалы Male Stress Incontinence Grading Scale (MSIGS) может повысить точность стратификации пациентов.
Цель: оценить эффективность дооперационной диагностики степени тяжести СНМ на основе комбинации MSIGS и суточного PAD-теста для выбора тактики лечения СНМ у мужчин.
Материалы и методы. С 2016 по 2022 г. в нашей клинике степень СНМ определялась с использованием суточного PAD-теста. С 2022 по 2025 г. для оценки степени СНМ и определения оперативной тактики лечения мы начали применять шкалу MSIGS: пациентам с потерей мочи ≤200 г/сут и MSIGS ≤2 устанавливали МС; при потере мочи >200 г/сут и MSIGS ≥3 имплантировали ИСМП.
Результаты. С 2016 по 2025 г. всего прооперировано 39 пациентов: 13 – МС, 26 – ИСМП. Лучевая терапия (ЛТ) в анамнезе отмечалась у 15,4% (2/13) и 30,8% (8/26) пациентов с МС и с ИСМП соответственно. После внедрения комбинированной оценки степени тяжести СНМ (PAD-тест + MSIGS), доля имплантаций ИСМП выросла с 27% (n=3) до 82% (n=23) (OR=12,27; 95% ДИ 2,53–50,45; p=0,002). Кроме того, после применения комбинации (PAD-test + MSIGS) эффективность МС возросла с 25 до 80% (OR=12,00; 95% ДИ 0,67–165,6; p=0,103). При этом повышение частоты имплантации ИСМП не сопровождалось снижением показателей его эффективности (p>0,05).
Заключение. Тактика лечения СНМ определяется степенью тяжести недержания мочи и наличием ЛТ в анамнезе. МС эффективен при легкой степени, но его эффективность кратно снижается при тяжелых формах СНМ и ЛТ в анамнезе. ИСМП остается методом выбора при тяжелом СНМ. Комбинация MSIGS и PAD-теста повышает точность оценки степени тяжести СНМ и оптимизирует выбор импланта, что особенно важно у пациентов со средней степенью тяжести СНМ.

Лапароскопическая резекция почки (ЛРП) и робот-ассистированная резекция почки (РРП) являются широко используемыми методами органосохраняющего лечения образований почек стадии T1. Большое количество мировых метаанализов по данной теме демонстрируют факт того, что применение РРП обеспечивает сопоставимые интраоперационные результаты, как и применение ЛРП, но с дополнительным преимуществом в виде значительно меньшей кровопотери и более коротким периодом тепловой ишемии. Что касается онкологических результатов (ОР) и сохранения функции почек (ФП), то до сих пор не было определенно продемонстрировано превосходства одного метода над другим.
Цель исследования. Сравнить функциональные и онкологические результаты лечения почечно-клеточного рака с применением лапароскопической и робот-ассистированной резекции почек в ГБУЗ «МКНЦ им. А.С. Логинова» с данными международных исследований.
Материал и методы. С помощью поисковой системы Pubmed был проведен анализ современной мировой литературы, посвященной результатам робот-ассистированных и лапароскопических резекций почек. Наиболее релевантные статьи были проанализированы и послужили основой для данной работы. Помимо этого ретроспективно проанализированы результаты хирургического лечения 277 пациентов, перенесших оперативное лечение по поводу почечно-клеточного рака почки (ПКР) с использованием роботической хирургической системы Da Vinci (n=175, 1-я группа) и лапароскопической методики (n=102, 2-я группа) в ГБУЗ «МКНЦ им. А.С. Логинова» за период с 2019 по 2024 г. Были собраны и сопоставлены функциональные и онкологические результаты в двух группах.
Результаты. Градиент снижения клиренса креатинина в послеоперационном периоде достоверно выше у пациентов 2-й группы. Положительный хирургический край и частота рецидивов ПКР достоверно чаще встречались у пациентов 2-й группы.
Заключение. Использование роботической системы при выполнении резекции почки является альтернативой лапароскопической методике за счет обеспечения надежных функциональных и онкологических результатов, что нашло подтверждение как в работах ряда мировых клиник, так и в результатах работы ГБУЗ «МКНЦ им. А.С. Логинова».

Изменения показателей функции почек у мужчин, получающих заместительную терапию тестостероном (ЗТТ), могут влиять на клиническую оценку безопасности терапии, однако физиологическое значение этих изменений остается неопределенным. В большинстве случаев функция почек на фоне ЗТТ оценивается по суррогатным лабораторным маркерам, а не по скорости клубочковой фильтрации (СКФ), измеренной с использованием экзогенных фильтрационных маркеров. Это создает риск неверной интерпретации, поскольку наблюдаемая динамика может отражать не только изменение клубочковой фильтрации, но и изменения, связанные с самой терапией и особенностями фенотипа пациента.
Существующие исследования не позволяют достоверно разграничить изменение фильтрационной функции, изменение свойств используемого маркера и их сочетание, поскольку в большинстве случаев они основаны на суррогатных показателях без сопоставления с измеренной СКФ. Вопрос о том, что именно отражает динамика показателей функции почек на фоне ЗТТ и как следует ее интерпретировать, остается открытым.

Варикоцелэктомия остается одной из наиболее эффективных хирургических опций при лечении мужского бесплодия, связанного с варикоцеле. Однако вероятность наступления спонтанной беременности после операции значительно варьируется даже при объективном улучшении параметров спермы. Современные данные подчеркивают важность персонализированного подхода к послеоперационному ведению, основанного на динамике общего числа прогрессивно подвижных сперматозоидов в эякуляте (ЧППСЭ). Предложены клинические алгоритмы для стратификации пациентов на группы: активное наблюдение, внутриматочная инсеминация (ВМИ) и экстракорпоральное оплодотворение (ЭКО/ИКСИ), в зависимости от уровня ЧППСЭ. Также разработаны предиктивные инструменты, такие как номограммы и критерии «клинически значимого улучшения» (КЗУ), для оптимизации принятия решений. Дополнительно в отдельных случаях может рассматриваться использование антиоксидантной терапии для улучшения качества эякулята у пациентов с умеренным улучшением параметров спермы. Мультидисциплинарный подход с участием специалистов по репродуктивной медицине, диетологов/нутрициологов, а также врачей других специальностей также крайне важен для достижения наилучших репродуктивных результатов у пар после варикоцелэктомии.

Уролитиаз является одним из наиболее распространенных заболеваний мочевыделительной системы, занимая до 50% коечного фонда урологических стационаров в Российской Федерации. Современные малотравматичные технологии, включая микроперкутанную нефролитотрипсию, открывают возможности оптимизации хирургической тактики, однако показания к ее применению остаются дискутабельными. Цель. Проведение сравнительного анализа результатов микроперкутанных операций с другими малоинвазивными вмешательствами у пациентов с камнями почек до 2 см. Материалы и методы. В исследование включены 172 пациента с камнями почек до 2 см, разделенные на три группы: микро-ПНЛ (n=51), мини-ПНЛ (n=58), ТНЛ (n=63). Проведена сравнительная оценка эффективности, частоты осложнений и дополнительных вмешательств, длительности послеоперационного периода. При анализе учитывались локализация и размеры камней, а также анатомия полостной системы почки по классификации R. Takazawa (2018). Результаты. Общая эффективность вмешательств составила 88,2% для микро-ПНЛ, 93,1% – для мини-ПНЛ и 87,3% – для ТНЛ (p>0,05). Различий по частоте осложнений и дополнительных вмешательств не выявлено. У пациентов с конкрементами ≤1 см микро-ПНЛ обеспечивала более короткий койко-день по сравнению с мини-ПНЛ – 3,4±0,5 против 5,1±0,4 сут (p=0,04). При конкрементах нижней чашечки микро-ПНЛ продемонстрировала лучшую эффективность по сравнению с ТНЛ – 94,4% против 70,4% (p=0,04). Анализ анатомии ЧЛС показал, что наилучшие результаты микро-ПНЛ достигаются у больных с узкой (А1) и стандартной (А2) одиночной лоханкой, в то время как при широкой лоханке (А3) ее эффективность снижалась до 71,4% против 94,7 и 95,2% для мини-ПНЛ и ТНЛ соответственно (p<0,05). Выводы. Микро-ПНЛ является эффективным и безопасным методом лечения почечных камней до 2 см, сопоставимым с мини-ПНЛ и ТНЛ. Оптимальные результаты микроперкутанных вмешательств достигаются при уролитах ≤1 см, камнях, локализованных в нижней чашечке, а также у больных с узкой и стандартной одиночной лоханкой.

Вопросы преемственности в лечении пациентов с урологической патологией становятся все более актуальными по мере развития самой науки и внедрения высокотехнологичных методов лечения.
Целью этой работы является привлечение внимания детских и взрослых урологов к вопросам преемственности в лечении, необходимости создания системы передачи пациентов от детских к взрослым урологам.
Материалы и методы. В ФГАОУ ВО «Первый МГМУ им. И.М. Сеченова» Минздрава России (Сеченовский Университет) на базе Морозовской детской городской клинической больницы и Института урологии и репродуктивного здоровья человека проводили лечение 5 пациентам мужского пола. Группу I составили 3 пациента со стволовой формой гипоспадии, группу II –
2 пациента с экстрофией мочевого пузыря. Все пациенты перенесли этапное хирургическое лечение в детском возрасте, однако в связи с развитием осложнений во взрослом возрасте потребовались реконструктивно-пластическое операции.
Результаты. Ближайшие результаты лечения у пациентов из обеих групп оценены как хорошие в связи с отсутствием осложнений. Отдаленные результаты лечения всех пациентов были оценены через 3, 6 месяцев, 1 и 3 года.
Заключение. Растущее признание необходимости неразрывной связи – преемственности в лечении пациентов с урологическими заболеваниями в детском и во взрослом возрасте – демонстрирует важность этой работы для систем здравоохранения и прежде всего для пациентов. Проведение реконструктивной операции у любого человека, а особенно у ребенка, требует в дальнейшем длительного наблюдения, зачастую на протяжении всей жизни.

Цель. Сравнить частоту и выраженность постмикционного дриблинга после уретропластики луковичного отдела с применением и без применения мышце-нервосберегающей техники.
Материалы и методы. В наше исследование включены 32 пациента, которым была выполнена заместительная уретропластика с использованием слизистой щеки, из них 18 пациентам была применена дорсальная onlay-фиксация трансплантата (техника Barbagli), 9 пациентам – вентральная onlay-фиксация трансплантата, 3 пациентам – техника Asopa и 2 пациентам – техника Kulkarni. Методика мышце-нервосбережения во время выполнения уретропластики была применена у 19 пациентов, а у 13 пациентов мышце-нервосбережения не проводилось. Контрольное обследование на выявление частоты и выраженности нарушений мочеиспускания проводилось на 4-й, 8-й и 12-й месяцы после операции с помощью адаптированного опросника Гвидо Барбали.
Результаты. Подкапывание мочи после мочеиспускания к 4 месяцу после уретропластики выявлено у 12 (37,5%) пациентов. Значимых различий распределения частоты постмикционного дриблинга между группами с мышце-нервосбережением и без мышце-нервосбережения к 4 месяцу после уретропластики не выявлено (р=0,4104). К 8 месяцу наблюдения постмикционный дриблинг был у 6 (18,8%) пациентов: у 2 – с мышце-нервосбережением и у 4 – без мышце-нервосбережения. К 12 месяцу наблюдения после уретропластики постмикционный дриблинг был выявлен у 4 (12,5%) пациентов: у 1 (3,1%) – с мышце-нервосбережением и у 3 (9,4%) – без мышце-нервосбережения.
Обсуждение. Исследование показало, что частота дриблинга у пациентов с мышце-нервосберегательной уретропластикой меньше по сравнению с отсутствием мышце-нервосбережения, однако значимых различий между группами не выявлено. Можно говорить о положительном влиянии сберегательной техники на полное опорожнение уретры, однако стоит помнить о компенсаторных возможностях бульбоспонгиозных мышц у пациентов без мышце-нервосбережения.
Заключение. Сохранение промежностных мышц и нервов представляет значимый вклад в улучшении хирургической техники реконструкции луковичного отдела уретры с использованием минимально инвазивного доступа. Наблюдение до 12 месяцев позволяет подтвердить эффективность техники, которая сохраняет мышцы и нервы, участвующие в механизме изгнания мочи из луковичного отдела уретры.

Цистит у женщин – одно из наиболее распространенных урологических заболеваний, требующее мультидисциплинарного подхода. Гинекологический статус пациентки (гормональный фон, состояние вагинальной микрофлоры и анатомические особенности) в зависимости от периода жизни женщины, оказывают значимое влияние на течение цистита и его лечение. Недооценка гинекологических факторов иногда является причиной отрицательного результата лечения. В статье рассматриваются клинические особенности цистита в репродуктивном возрасте и перименопаузе; обосновывается необходимость оценки эстрогенового статуса и вагинальной флоры; излагаются современные принципы терапии, включая применение нитрофуранов (фуразидина калия (Фурамаг®)).

Ранний послеоперационный период после хирургии экстрамедуллярных опухолей спинного мозга является критическим для восстановления неврологической функции, которая включает функцию мочеиспускания. Неадекватные диагностика и лечение приводят к развитию вторичных осложнений, связанных с затруднительным восстановлением дополнительной стоимости лечения. На этом этапе важна поддерживающая роль уролога, который хорошо знаком с основными принципами нейрохирургии и нейроурологии, для выбора индивидуальной тактики лечения и реабилитации функции мочеиспускания с учетом размеров, гистологии и локализации опухоли, а также других факторов риска.
Материалы и методы. Оценены результаты анализа данных 221 пациента (155 женщин и 66 мужчин, возраст пациентов составил от 19 лет до 84 лет), оперированных по поводу экстрамедуллярных опухолей спинного мозга в НМИЦ нейрохирургии им. акад. Н.Н. Бурденко Минздрава России с января 2019 г. по декабрь 2022 г. Из них в проспективный анализ были включены 178 пациентов, в ретроспективный (на основании данных, полученных из историй болезни) – 43 пациента. Пациентам проспективной группы урологом центра проводилась оценка урологической симптоматики до и после нейрохирургического вмешательства. Оценка неврологического синдрома и функции мочеиспускания производилась неврологом и урологом отделения по модифицированной шкале mJOA.
Результаты. Мы наблюдали статистически значимые различия в изменении состояния функции мочеиспускания (по данным шкал mJOA) после нейрохирургических вмешательств у пациентов с наблюдением уролога и без него. Урологический контроль позволяет более объективно оценить исходное состояние функции мочеиспускания и функциональные результаты хирургического лечения экстрамедуллярных опухолей спинного мозга.
Заключение. Урологическое сопровождение пациентов с экстрамедуллярными опухолями спинного мозга в периоперационном периоде позволяет объективно и детально проследить динамику клинической (неврологической и урологической) картины, что является важным для более четкого понимания функциональных исходов нейрохирургического лечения.