Число женщин, достигших ремиссии онкологического заболевания, неуклонно растет вследствие совершенствования методов диагностики и лечения. Долгосрочными последствиями онкологического лечения у женщин нередко являются преждевременная недостаточность яичников и ранняя менопауза. Преждевременная утрата функции яичников и связанный с ней длительный дефицит половых стероидов ассоциированы с развитием климактерических симптомов, существенно ухудшающих качество жизни, а также с повышением риска возраст-ассоциированных заболеваний у молодых женщин. ЗГТ/МГТ рассматривают как наиболее эффективный метод лечения симптомов эстрогенодефицита и важный компонент профилактики последствий утраты функции яичников, однако их применение у пациенток с анамнезом онкологического заболевания остается одной из наиболее дискуссионных проблем современной онкогинекологии и медицины менопаузы.
В июне 2026 г. был проведен междисциплинарный экспертный совет с международным участием по вопросам персонализированного назначения ЗГТ/МГТ после лечения злокачественных опухолей женской репродуктивной системы в Российской Федерации, по итогам которого был утвержден настоящий консенсусный документ.
Рак эндометрия при аномалиях матки встречается крайне редко и характеризуется высокой диагностической сложностью. Для гинекологической практики принципиальное значение имеет комплексная оценка обеих маточных гемиполостей, определяющая объем поражения и тактику лечения.
Описание. Представлено клиническое наблюдение пациентки 68 лет с полным удвоением матки и неполным удвоением влагалища, у которой выявлен синхронный рак эндометрия обеих маточных гемиполостей (FIGO IB и IIIA). Предоперационная визуализация (МРТ, УЗИ) позволила диагностировать опухоль только в правой гемиматке, тогда как поражение левой гемиматки было установлено лишь по результатам послеоперационного морфологического исследования. Выполнена тотальная гистерэктомия обеих гемиматок с придатками, после чего проведена адъювантная лучевая терапия.
Заключение. Наблюдение подчеркивает необходимость раздельного диагностического выскабливания обеих маточных гемиполостей при полном удвоении матки и демонстрирует целесообразность использования алгоритма комплексного предоперационного обследования (3D-УЗИ, МРТ, гистероскопия) для оптимизации онкологических результатов.
Цель. Продемонстрировать интегративный подход к женскому здоровью, показав взаимосвязь между скрытым железодефицитом, психоэмоциональным выгоранием и гормональными нарушениями на разных этапах репродуктивной траектории, а также обосновать рациональность немедикаментозной и фармакологической поддержки.
Материалы и методы. Проведен анализ современных клинических исследований, посвященных влиянию дефицита железа на менструальный цикл, фертильность и психоэмоциональный статус женщин. Рассмотрены когнитивно-поведенческие модели развития железодефицита и предменструального синдрома, а также механизмы действия комбинированных препаратов железа, циклических витаминно-растительных и фитоэстрогенных комплексов.
Результаты. Дефицит железа выступает «тихим пусковым механизмом» каскада нейроэндокринных и психосоматических нарушений. Показано, что комбинация когнитивно-поведенческой терапии и синергичной фармакологической поддержки (препараты железа с фолиевой кислотой, циклические комплексы, фитоэстрогены) позволяет разорвать порочный круг «стресс – дефицит – гормональный дисбаланс», восстановить овуляторную функцию и улучшить качество жизни женщин от репродуктивного возраста до периода менопаузального перехода.
Заключение. Здоровье женщины требует междисциплинарного подхода. Своевременная диагностика и коррекция латентного дефицита железа в сочетании с циклической витаминной и фитоэстрогенной поддержкой являются фундаментом для сохранения репродуктивного и психоэмоционального здоровья, позволяя женщине успешно адаптироваться к возрастным гормональным изменениям.
Рецидивирующий посткоитальный цистит существенно снижает качество жизни и может сопровождаться нарушением сексуальной функции. В связи с риском селекции антибиотикорезистентности актуален поиск неантибактериальных методов профилактики.
Цель. Сравнить четыре стратегии посткоитальной профилактики у женщин репродуктивного возраста с рецидивирующим посткоитальным циститом по двум первичным исходам: числу рецидивов цистита за 6 месяцев наблюдения и динамике общего балла индекса женской сексуальной функции (ИЖСФ).
Материалы и методы. В многоцентровое исследование 2024–2025 гг. включили 195 женщин в возрасте 19–50 лет с рецидивирующим посткоитальным циститом. Группа 1 (n=53) применяла пероральный комплекс, содержащий D-маннозу, проантоцианидины, арбутин и витамин C, совместно с гелем «Цисталис»; группа 2 (n=62) – гель «Цисталис»; группа 3 (n=40) – контрольный лубрикант на водной основе; группа 4 (n=40) – посткоитальный фуразидин 50 мг (активный компаратор). Наблюдение составило 6 месяцев. Анализ выполнен по принципу intention-to-treat. Общий балл ИЖСФ рассчитывали как сумму шести доменов (диапазон 0–36). Количественные данные представляли как Me (Q1; Q3) и M (SD); применяли непараметрические критерии с поправкой Холма.
Результаты. Число рецидивов статистически значимо уменьшилось во всех группах (p<0,001). В группе комбинированной профилактики показатель снизился с 4,8 (1,9) до 0,3 (0,6) эпизода за 6 месяцев. Через 6 месяцев межгрупповые различия были значимыми (p<0,001): число рецидивов в группе 1 было меньше, чем в группе контрольного лубриканта (p<0,001), тогда как различие с фуразидином не достигло статистической значимости (p=0,064). Боль по ВАШ и лейкоцитурия уменьшились во всех группах, без межгрупповых различий величины изменений. Исходно общий балл ИЖСФ между группами не различался (p=0,113). К 6 месяцам средние значения составили 24,11 (2,61), 22,63 (2,20), 16,90 (2,89) и 18,37 (2,65) балла в группах 1–4 соответственно; средний прирост за 6 месяцев – 9,30 (2,97), 9,70 (3,42), 2,97 (3,26) и 5,67 (3,15) балла соответственно. Прирост в группах геля с D-маннозой (отдельно и в комбинации) превышал результат лубриканта и фуразидина.
Заключение. Все исследованные стратегии сопровождались снижением числа рецидивов и повышением общего балла ИЖСФ. Наилучшие количественные показатели отмечены при местной и комбинированной профилактике с D-маннозой. Статистически значимого превосходства комбинированной профилактики над посткоитальным приемом фуразидина по рецидивам и над монотерапией гелем по общему баллу ИЖСФ не установлено.
Цель. Изучить полиморфные варианты генов DRD2 (rs1800497), DRD4 (rs1800955) и COMT (rs4680) у женщин с наличием эндометриоидных кист яичников и рассмотреть возможное клиническое значение данных генетических вариантов в контексте психоэмоциональных нарушений, описанных у пациенток с эндометриозом.
Материалы и методы. Сравнительное исследование включало 220 женщин: I группа (n=108) – пациентки, прооперированные по поводу ЭКЯ; II группа (n=112) – женщины без эндометриоза (группа сравнения). Проведен сравнительный анализ клинических параметров (возраст, ИМТ, менструальная функция, репродуктивный анамнез) и генотипирование трех полиморфных локусов. Статистическая обработка включала t-тест, χ², расчет отношения шансов (ОШ) и 95% доверительного интервала (ДИ), проверку равновесия Харди–Вайнберга.
Результаты. Группы были сопоставимы по всем клиническим параметрам (p>0,05). Для rs1800497 гена DRD2 статистически значимых различий не получено (p=0,15). Обнаружено, что гомозиготный генотип TT rs1800955 гена DRD4 чаще встречался у пациенток I группы (5,56% против 2,68%; ОШ=2,14; 95% ДИ 0,52–8,77; p=0,01), а аллель T чаще выявлялся у женщин с эндометриозом (ОШ=2,08; 95% ДИ 1,27–3,38; p=0,004). Для полиморфизма rs4680 гена COMT генотип AA (Met/Met) чаще встречался в I группе (27,77% против 16,07%; ОШ=2,01; 95% ДИ 1,04–3,87; p=0,03), аллель A также чаще выявлялся у пациенток с ЭКЯ (ОШ=1,77; 95% ДИ 1,21–2,60; p=0,004).
Заключение. Полиморфные варианты rs1800955 гена DRD4 (аллель Т, генотип ТТ) и rs4680 гена COMT (аллель A, генотип AA) чаще выявлялись у женщин с эндометриоидными кистами яичников. С учетом известных функций генов DRD4 и COMT в регуляции дофаминергической нейротрансмиссии эти данные представляют интерес для дальнейшего изучения биологических механизмов, связанных с психоэмоциональными особенностями пациенток с эндометриозом. С практической точки зрения полученные результаты могут иметь значение для дальнейшего изучения факторов, которые целесообразно учитывать при выборе долгосрочной терапии эндометриоза, включая возможную роль генетических особенностей в формировании приверженности лечению и переносимости терапии.
В последние годы одно из ведущих мест в структуре урогенитальной патологии занимают заболевания, вызванные генитальными микоплазмами. Вместе с тем наблюдается рост антимикробной резистентности данных микроорганизмов, что требует применения лекарственных препаратов с доказанной эффективностью.
Цель. Оценить клинико-лабораторную эффективность Вильпрамицина САР (джозамицина), 1000 мг в терапии генитальной микоплазменной инфекции.
Материалы и методы. 26 пациентов с генитальной микоплазменной инфекцией, вызванной M. genitalium (n=8), M. hominis (n=8) и Ureaplasma spp. (n=10). Методы исследования: микроскопическое, молекулярно-биологическое. Вильпрамицин САР назначался в дозе 1000 мг 2 раза в сутки в течение 10 дней.
Результаты. Через 4 недели после окончания лечения установлено отсутствие субъективных и/или объективных проявлений инфекционно-воспалительного процесса, вызванного генитальными микоплазмами у 7/8 (87,5%; p=0,0327) пациентов 1-й группы, 7/8 (87,5%; p=0,0327) пациентов 2-й группы и 9/10 (90,0%; p=0,0020) пациентов 3-й группы. Эрадикация M. genitalium была достигнута у 100% пациентов (p=0,0078), эрадикация M. hominis и Ureaplasma spp. – у 77,8% (p=0,0020) пациентов на фоне статистически значимого снижения показателей воспалительной реакции (95% ДИ для разницы долей 47,3–99,7; p=0,0327). У 8/8 (100%; p=0,0078) пациентов 1-й группы, 6/8 (75,0%; p=0,0327) пациентов 2-й группы и 8/10 (80%; p=0,0020) пациентов 3-й группы установлены показатели генитального нормоценоза.
Заключение. Вильпрамицин САР (джозамицин) в дозе 1000 мг 2 раза в сутки в течение 10 дней демонстрирует высокую эффективность в терапии генитальной микоплазменной инфекции, характеризуется оптимальной безопасностью и переносимостью применения, обеспечивающей комплаентность лечения.
Цель. Оценить распространенность неразвивающейся беременности (НРБ) в Тюменской области, а также определить наиболее значимые социальные и клинические характеристики женщин с НРБ.
Материалы и методы. Использовали статистические данные Минздрава Тюменской области в динамике (2021–2025 гг.) и по обращаемости в ГБУЗ ТО «Перинатальный центр». В аналитическую часть включено 1457 пациенток с НРБ в ранние сроки. Методы обследования: анамнез, гинекологический осмотр, УЗИ органов малого таза, гистологическое исследование тканей гестации.
Результаты. Доля cамопроизвольных выкидышей (СПВ) от числа беременных в Тюменской области в среднем за 5-летний период составила 14,0%. В структуре СПВ доля НРБ составила 49,0%, частота СПВ с 2021 по 2025 г. повысилась на 5,2%, НРБ – на 2,0%. НРБ по типу анэмбрионии в среднем наблюдалась у 12,0% пациенток и по типу гибели эмбриона – у 88,0%. Доля СПВ от числа вставших на учет в Тюменском перинатальном центре составила 54,3%, в структуре СПВ доля НРБ – 97,6%. НРБ по типу анэмбрионии наблюдалась у 13,8% пациенток и по типу гибели эмбриона – у 86,2%. За пятилетний период клинический профиль пациенток с НРБ, наблюдавшихся в Тюменском перинатальном центре, претерпел структурную перестройку, характеризующуюся ростом доли пациенток старше 41 года в 1,5 раза и увеличением генетически детерминированных потерь с 11,8 до 15,1% (p<0,001). Выявлено статистически значимое увеличение числа неудачных попыток ВРТ в анамнезе у пациенток с НРБ (с 1 до 4 по верхнему квартилю Q3; p=0,003), что свидетельствует о концентрации в клинике женщин с тяжелыми формами репродуктивной дисфункции. Отмечена высокая распространенность хронического эндометрита (80,2%), обусловленного ростом рискованного сексуального поведения, связанного с социальными факторами, смещение сроков ультразвуковой фиксации НРБ с 6 до 7 недель гестации.
Заключение. На фоне стабильной частоты СПВ за период 2021–2025 гг. (около 14%) в Тюменской области зафиксирован рост СПВ и НРБ с доминированием гибели эмбриона. Клинический профиль пациенток Тюменского перинатального центра с диагностированной НРБ отличается увеличением доли женщин позднего репродуктивного возраста с неэффективными попытками ВРТ в анамнезе, ростом удельного веса генетических аномалий и высокой частотой хронического эндометрита, смещением в большую сторону медианы ультразвуковой констатации НРБ на одну неделю.
Цель. Оценка эффективности диеногеста и дидрогестерона у пациенток с наружным генитальным эндометриозом (НГЭ) на клиническое течение, показатели качества жизни, а также динамику размеров и сигнальных МР-характеристик очагов эндометриоза.
Материалы и методы. Включены 89 пациенток с диагностированным НГЭ по данным МРТ (эндометриоидные кисты яичников (ЭКЯ) и/или ретроцервикальные очаги (РЦ)). Группа 1 (n=45) получала дидрогестерон 20–30 мг/сут в пролонгированном циклическом режиме, группа 2 (n=44) – диеногест 2 мг/сут. Период наблюдения – 6 месяцев. МРТ органов малого таза выполнялось в стандартных режимах с количественной оценкой объема очагов, интенсивности сигнала на Т2-ВИ и измеряемого коэффициента диффузии (ИКД). Дополнительно оценивали интенсивность боли, качество жизни (SF-20) и психоэмоциональный статус (HADS) до и на фоне 6 месяцев терапии.
Результаты. Оба препарата обеспечили снижение болевого синдрома по ВАШ (p<0,001) и улучшение социального функционирования по SF-20. По данным МРТ на фоне приема диеногеста отмечался регресс объема ЭКЯ на 38,2% (p<0,001) и РЦ очагов на 34,7% (p<0,001); дидрогестерон уменьшал объем эндометриоидных кист яичников в среднем на 27,2% (p=0,016), тогда как динамика объема РЦ очагов не достигла статистической значимости (p=0,08). На фоне обоих препаратов отмечалось снижение интенсивности сигнала на Т2-ВИ и повышение однородности структуры очагов, что отражает уменьшение активности воспалительного и геморрагического компонентов. При оценке психоэмоционального статуса в группе 1 отмечено значимое снижение баллов по шкале HADS-A (p<0,001) при стабильных показателях HADS-D; в группе 2 наблюдалось нарастание баллов по шкале HADS-D (с 5,9 (4,0 до 9,1 (3,8; p<0,001).
Заключение. МРТ органов малого таза является информативным инструментом не только первичной диагностики, но и мониторинга эффективности гормональной терапии эндометриоза. Оба препарата обеспечивают статистически значимое снижение выраженности болевого синдрома, при этом разнонаправленное их влияние на объем очагов по данным МРТ и психоэмоциональный статус может учитываться при персонифицированном выборе терапии.
Непрерывный ангиогенез необходим для нормального функционирования яичников, имплантации эмбриона и плацентации. Ключевую роль в регуляции ангиогенеза яичников играют представители семейства фактора роста эндотелия сосудов (VEGF), в первую очередь VEGF-A. Большой научный интерес представляет исследование аутоантител к регуляторным молекулам ангиогенеза при репродуктивных неудачах.
Цель. Оценить частоту встречаемости и уровень аутоантител к VEGF-A у женщин с бесплодием и их ассоциацию с исходами программ вспомогательных репродуктивных технологий (ВРТ).
Материалы и методы. С помощью модификации иммуноферментного анализа, разработанной с использованием рекомбинантного препарата VEGF-A человека, исследовали сывороточные аутоантитела (M, G) к VEGF-A у пациенток с бесплодием, ассоциированным с эндометриозом (группа 1, n=42), и без установленного диагноза эндометриоза (группа 2, n=36), которым проводились программы ВРТ.
Результаты. У значительной доли пациенток в группах 1 и 2 выявлены аутоантитела к VEGF-A (у 31,0 и 41,7% соответственно). Исследуемые группы не различались по частоте и уровню аутоантител. При эндометриозе наблюдались худшие эмбриологические исходы. У серопозитивных пациенток выявлен более высокий риск отсутствия бластоцист хорошего качества (в 1,5 раза) и отсутствия клинической беременности (в группе 2 в 1,7 раза), чем у серонегативных.
Заключение. У женщин с разными формами бесплодия обнаружены аутоантитела к VEGF-A, которые ассоциировались с ухудшением эмбриологических и клинических исходов циклов ВРТ. Целесообразно дальнейшее изучение аутоантител к регуляторным молекулам ангиогенеза для выявления биомаркеров репродуктивных неудач и повышения эффективности программ ВРТ.
