Актуальной задачей современной педиатрии является профилактика хронических неинфекционных заболеваний, поиск путей повышения эффективности проводимых профилактических мероприятий в детско-подростковой среде с вовлечением семьи, образовательных и медицинских организаций.
Цель исследования: Исследование и оценка вклада Центра здоровья детей (ЦЗД) Детской городской поликлиники № 3 в реализацию превентивной модели управления здоровьем несовершеннолетних в регионе за 2022–2024 гг.
Материалы и методы: Проведен ретроспективный анализ отчетных материалов деятельности ЦЗД, включая учетные формы 025-ЦЗ/у, отчетные формы 068/у. Использованы математико-статистический и аналитический методы обработки данных для оценки абсолютных и относительных показателей.
Результаты: Отмечается устойчивая тенденция к росту общего числа посещений ЦЗД (на 4,6%), увеличение первичных обращений, комплексных обследований и числа детей, находящихся под динамическим наблюдением специалистов. От числа обратившихся около 73% имеют факторы риска развития неинфекционных заболеваний. Доля детей подросткового возраста составляет до 34%, детей в возрасте 0–14 лет – 66%. Отмечен прирост числа посещений в подростковой группе – в 2,2 раза выше, чем в группе детей до 15 лет. К врачам-специалистам направлены 369 (4,9%) детей с выявленными факторами риска: в 2023 г. – 323 (5,2%) ребенка, в 2022 г. – 513 (9,8%).
Заключение: В зоне ответственности ЦЗД находится около половины всего детского населения региона, что указывает на его ключевую роль в формировании и развитии системы профилактической медицины, обеспечении индивидуального и общественного здоровья детей на территории региона.
Острые респираторные инфекции (ОРИ) – наиболее распространенная группа заболеваний, особенно в педиатрической практике. Основным симптомом ОРИ является кашель, патогенез которого связан с повреждением мерцательного эпителия и нарушением мукоцилиарного клиренса. В контексте рациональной фармакотерапии и проблемы антибиотикорезистентности особый интерес представляют фитопрепараты с доказанной эффективностью. В статье рассматривается механизм действия и терапевтические возможности комбинированного фитопрепарата Бронхипрет®, содержащего экстракты тимьяна, плюща и первоцвета. Показано, что компоненты препарата обладают противовоспалительным, отхаркивающим, бронхолитическим и противовирусным действием, а их комбинация обеспечивает синергический эффект. Клинические исследования подтверждают эффективность данного препатата в терапии ОРИ и снижении частоты назначения антибиотиков. Благоприятный профиль безопасности и доказанная эффективность обусловили включение препарата в клинические рекомендации по лечению бронхита и острых респираторных вирусных инфекций (ОРВИ) у взрослых и детей.
Синдром Прадера–Вилли – редкое мультисистемное генетическое заболевание, этиологически обусловленное потерей отцовских аллелей в локусе 15q11.2–q13. В младенческом возрасте данная патология манифестирует выраженной мышечной гипотонией и трудностями с кормлением. На последующих этапах онтогенеза клиническая картина трансформируется, характеризуясь развитием гиперфагии, психомоторной ретардацией и прогрессирующим ожирением патологического генеза. Фенотипический портрет пациентов с синдромом Прадера–Вилли нередко включает краниальные дисморфии (узкий лоб, миндалевидные веки), офтальмологические нарушения (косоглазие) и дистальную гипоплазию конечностей (уменьшение размеров кистей и стоп). Дисфункция гипоталамуса является патофизиологической основой эндокринных расстройств, в спектр которых входят соматотропная недостаточность, гипогонадизм, центральная надпочечниковая недостаточность и гипотиреоз. Учитывая полиморфизм клинических проявлений и симптоматическую динамику на различных этапах онтогенеза, возникает необходимость ранней верификации диагноза и пожизненное мультимодальное сопровождение пациента. Эффективность лечебно-реабилитационных мероприятий находится в прямой зависимости от скоординированного взаимодействия междисциплинарных специалистов: генетиков, эндокринологов, диетологов, неврологов, педиатров, психиатров и реабилитологов.
Сепсис остается одной из ведущих причин летальности, особенно у детей младшего возраста. Однако определяющим фактором неблагоприятного исхода является не сам инфекционный процесс, а развитие полиорганной недостаточности (ПОН).
Цель исследования: Оценить клинико-лабораторные особенности течения сепсиса с ПОН у детей на основе динамики органной дисфункции и воспалительных биомаркеров.
Материалы и методы: В исследование включены 90 детей в возрасте от 2 месяцев до 6 лет с подтвержденным диагнозом сепсис и признаками ПОН, госпитализированные в отделение реанимации и интенсивной терапии в 2021–2024 гг. Критерии включения: Pediatric Sequential Organ Failure Assessment (рSOFA) ≥3 баллов, прокальцитонин >0,5 нг/мл, наличие не менее двух органных дисфункций. Критерии исключения: генетические и врожденные аномалии, онкологические заболевания, септический шок при поступлении, неоперабельные состояния. Оценка состояния проводилась на 1-е, 5-е, 10-е и 15-е сутки. Измеряли показатели pSOFA, уровни прокальцитонина, С-реактивного белка, лейкоцитов, биохимический профиль (АЛТ, АСТ, билирубин, глюкоза, мочевина, креатинин), а также фиксировали длительность ИВЛ, пребывания в ОРИТ и летальность. Всем пациентам проводилась стандартная многокомпонентная терапия в соответствии с протоколами интенсивной помощи детям с сепсисом: респираторная поддержка, инфузионная терапия, вазоактивная поддержка по показаниям, коррекция нарушений гемостаза и антибактериальная терапия с последующей деэскалацией.
Результаты: Наиболее частыми причинами сепсиса были осложненная пневмония (47,8%) и гнойно-деструктивные заболевания легких (21,1%). При поступлении среднее значение pSOFA составляло 4,83±0,23, что соответствовало умеренной степени органной дисфункции; к 15-м суткам показатель снижался до 3,78±0,55 (p=0,007). Отмечена выраженная положительная динамика воспалительных биомаркеров: уровень лейкоцитов уменьшился с 15,4±1,4 до 11,9±1,0×109/л, С-реактивного белка – с 66,0±16,5 до 43,7±17,1 мг/л, прокальцитонина – с 7,4±3,4 до 3,8±1,9 нг/мл (p=0,05), что отражает эффективность этиотропной антибактериальной терапии с деэскалацией по результатам посевов и при наличии показаний хирургической санации очагов инфекции, на фоне сопутствующей респираторной, инфузионной и вазоактивной поддержки. Печеночные ферменты демонстрировали транзиторное повышение на 5–10-е сутки, тогда как показатели функции почек и диурез оставались стабильными в пределах нормы на протяжении всего периода наблюдения. ИВЛ потребовалась 27,8% пациентов, вазоактивная поддержка – 16,7%. Летальность составила 20%, преимущественно среди детей в возрасте до одного года.
Заключение: Динамика pSOFA и воспалительных биомаркеров (прокальцитонин, СРБ, лейкоциты) у детей с сепсисом и полиорганной недостаточностью отражает изменение степени органной дисфункции и тяжести состояния в процессе лечения. Полученные данные подтверждают клиническую значимость указанных показателей для мониторинга состояния и своевременного выявления неблагоприятной динамики, что делает их информативными инструментами оценки течения сепсиса в условиях отделения реанимации.
Цель исследование: описание особенностей течения гнойного менингита с поздним неонатальным сепсисом, вызванным Streptococcus agalactiae, в том числе в сочетании с герпесвирусной инфекцией.
Основные положения: Заболеваемость гнойным менингитом у новорожденных составляет 0,1–0,5 на 1000 детей. Примерно в 50% подтвержденных случаев в позднем неонатальном периоде возбудителем менингита является Streptococcus agalactiae. Несмотря на интранатальную профилактику, бывают случаи поздней манифестации инфекции. Летальность может достигать 9%. Сочетание менингита, вызванного Streptococcus agalactiae, и хромосомно-интегрированной формы герпеса 6 типа у новорожденного является очень редким и аргументирует обсуждения проблемы в научной литературе.
Материалы и методы: В статье представлены клинические наблюдения двух новорожденных с гнойным менингитом, вызванным Streptococcus agalactiae, течением позднего неонатального сепсиса и наличием хромосомно-интегрированной формы вируса герпеса 6 типа у второго ребенка.
Заключение: В связи с высокой частотой развития отдаленных неврологических осложнений после перенесенного менингита, вызванного Streptococcus agalactiae, необходимо динамическое наблюдение пациентов после выписки из стационара. При выявлении высокого уровня герпеса 6 типа в цельной крови необходимо исключение активно текущей инфекции для предотвращения неоправданного применения противовирусных препаратов.
Антипсихотики (АП) применяются для коррекции расстройств поведения у детей и подростков, однако их назначение сопровождается риском развития нежелательных реакций (НР). Сведения о различиях профиля НР между детьми и подростками, а также о клинико-демографических факторах риска остаются ограниченными.
Цель исследования: выявить клинические и демографические факторы риска развития НР на АП у детей и подростков с расстройствами поведения в условиях стационара.
Материал и методы: Проведено проспективное обсервационное исследование среди госпитализированных в психиатрический стационар в период с 2023 по 2024 г. пациентов мужского пола в возрастных группах «дети» (7–12 лет) и «подростки» (13–17 лет) с расстройствами поведения как показаниями к назначению АП. Безопасность терапии АП оценивали на 5-е, 10-е и 14-е сутки с помощью шкал UKU SERS, SAS, BARS. Статистический анализ проводили в R версии 4.4.3, использовали критерии Фишера, Вилкоксона, χ²-критерий Пирсона, Мак-Немара, а также логистическую и линейную
регрессии.
Результаты: В исследование были включены 120 пациентов мужского пола (59 детей и 61 подросток). Во всей выборке выявлены статистически значимые различия результатов оценки по шкале UKU (p<0,001): общий балл шкалы UKU на 14-е сутки (0) достоверно отличался от оценки на 5-е (1; p<0,001) и 10-е (1; p=0,004) сутки. На 14-е сутки значения общего балла по шкале UKU у детей были более высокие, чем у подростков (1 против 0; p=0,024). Применение антидепрессанта, анксиолитика и дублирование АП также оказывало влияние на результат измерения шкалы UKU. При сравнении частоты отдельных НР выявлено, что у детей астения наблюдалась чаще, чем у подростков на 10-е: 8 (8,6%) против 1 (1,1%), p=0,032, и 14-е сутки: 8 (11,9%) против 1 (2,5%), p=0,016. По данным регрессионого анализа, статистически значимых моделей не выявлено.
Выводы: Среди пациентов мужского пола выявлена быстрая адаптация к НР у подростков, которая не наблюдается у детей. Основными факторами риска развития НР у детей с расстройствами поведения являются: дублирование АП, сопутствующее применение антидепрессанта, анксиолитика.
Острые инфекционно-воспалительные заболевания органов дыхания являются одними из самых распространенных как у взрослых, так и в педиатрии. Среди них ведущие позиции занимают различные виды бронхитов и внебольничные пневмонии. С одной стороны, по этиологии и клиническим проявлениям эти состояния отличаются и требуют абсолютно разных принципов лечения, с другой, на практике, дифференциальная диагностика этих состояний вызывает значительные трудности у клиницистов. Это проявляется как в очень высоком уровне гипердиагностики пневмонии, особенно ее типичных форм, так и в чрезвычайно частом необоснованном назначении системной антибактериальной терапии даже при установленном диагнозе «острый бронхит». В статье будут рассмотрены основные вопросы клинической и лабораторной диагностики инфекций нижних дыхательных путей, в частности бронхитов и пневмонии, а также возможности терапии этих заболеваний с позиции доказательной медицины.
Висцеральная (печеночно-селезеночная) форма бартонеллеза у детей проявляется длительной лихорадкой с формированием множественных очагов в печени и селезенке. Авторами представлен клинический случай атипичной висцеральной формы бартонеллеза у 12-летней девочки, демонстрирующий сложность постановки диагноза у детей. Цель демонстрации – привлечь внимание к проблеме бартонеллеза не только инфекционистов, но и педиатров, врачей общей практики. Представлены результаты обширного дифференциально-диагностического поиска, динамического исследования образований в печени и селезенке по данным лучевых методов диагностики, эффективности длительной антибактериальной терапии доксициклином и рифампицином. Обсуждается проблема доступности лабораторной верификации бартонеллеза.
Кишечная микробиота все чаще рассматривается как недостающее звено между нарушениями обмена веществ, хроническим воспалением и развитием атеросклероза. Цель работы – обобщить современные представления о влиянии состава и функциональной активности кишечного микробиома на проницаемость кишечного барьера, иммуновоспалительные механизмы, функцию эндотелия и сосудистое ремоделирование. Особое внимание уделено микробным метаболитам, включая триметиламин-N-оксид, короткоцепочечные жирные кислоты, производные индола, имидазолпропионат и фенилацетилглутамин и их разнонаправленному влиянию на ключевые звенья атерогенеза. Отдельно рассмотрены особенности кишечной микробиоты при первичной гиперлипидемии и ранних сосудистых изменениях у детей, а также перспективы ее модификации как одного из направлений профилактики атеросклероза.
Острый риносинусит (ОРС) и аллергический ринит (АР) у детей сопровождаются не только локальными воспалительными изменениями слизистой оболочки полости носа и носоглотки, но и функциональными нарушениями, затрагивающими сон, эмоции, сенсорное восприятие, дыхание, речь, обучение и повседневную активность.
Цель исследования: Оценить динамику категорий и доменов Международной классификации функционирования, ограничений жизнедеятельности и здоровья (МКФ) у детей с ОРС и АР при различных схемах комплексной терапии.
Материалы и методы: В проспективное сравнительное нерандомизированное исследование включены 454 ребенка 3–18 лет: 320 – с ОРС и 134 – с АР. Все группы получали медикаментозную терапию; группа 2 – дополнительно лазеротерапию, группа 3 – лазеротерапию и ультрафонофорез Ферменкола. Оценивали 14 показателей МКФ до лечения и на 10–11-й день. Анализировали внутригрупповую динамику, величину улучшения (Δ* = до − после) и долю пациентов с Δ*>0.
Результаты: После коррекции FDR-BH межгрупповые различия Δ* выявлены по 13 из 14 показателей при ОРС и по всем 14 – при АР (q<0,05). Наибольшие ε² отмечены при ОРС для структур голосообразования и речи (0,498) и обучения (0,420), при АР – для вкуса (0,449) и обоняния (0,404). Доля пациентов с улучшением в группах 1/2/3 для обучения при ОРС составила 44/34/97% (V Крамера=0,573), для социальной жизни при АР – 23/29/69% (V=0,418); в обоих случаях q<0,001. Улучшение в группе 3 было более выраженным, чем в группе 2, по 13 показателям при ОРС и по 10 – при АР (Данн–Холм, p<0,05).
Заключение: Оценки МКФ характеризуют функциональную динамику при лечении детей с ОРС и АР. Комбинированная физиотерапия ассоциировалась с более выраженным улучшением по большинству показателей.
В современной патофизиологии гипоксия рассматривается не только как следствие дыхательных, сосудистых, гематологических и метаболических нарушений, но и как активный регулятор клеточных программ. Цель статьи — обобщить современные представления о классификации гипоксии, ее молекулярных механизмах, патофизиологических последствиях и терапевтических возможностях модуляции гипоксического ответа. Работа выполнена в формате нарративного обзора литературы. После последовательного отбора в итоговый анализ включены 34 наиболее значимые публикации, отражающие фундаментальные и клинические аспекты проблемы. Показано, что центральное место в кислородном ответе занимают HIF-зависимые сигнальные пути, а также митохондриальная дисфункция, метаболическая перестройка и hypoxamiRs (микроРНК, индуцируемые гипоксией). Сделан вывод о двойственной роли гипоксии как фактора повреждения и триггера адаптации, что определяет необходимость персонализированного подхода к ее диагностике и коррекции.
Рост антибиотикорезистентности – междисциплинарная проблема, затрагивающая врачей всех специальностей. По данным международных исследований, устойчивость к резервным антибиотикам у детей в ОРИТ выросла с 9% до 32% за два десятилетия, а необоснованное назначение антибиотиков при ОРВИ в первичном звене усугубляет появление резистентных штаммов. В этих условиях парентеральный фосфомицин натрия привлекает внимание как эффективный и безопасный препарат: уникальный механизм действия (ингибирование фермента MurA на раннем этапе синтеза пептидогликана) исключает перекрестную резистентность с другими классами антибиотиков, а спектр активности охватывает грамположительные и грамотрицательные микроорганизмы, включая продуценты БЛРС, карбапенемаз, MRSA и ванкомицинрезистентные энтерококки. Препарат разрешен с периода новорожденности, отличается низким токсикологическим профилем и выраженным синергизмом с бета-лактамами, аминогликозидами, полимиксинами и гликопептидами.
Алгоритм применения предусматривает включение фосфомицина в схемы терапии при тяжелых инфекциях, вызванных устойчивыми патогенами, или эмпирически – при высоком риске таковых. За исключением инфекций мочевыводящих путей, где возможна монотерапия, препарат следует комбинировать с другими антибиотиками для предотвращения формирования резистентности и усиления эффекта. Включение фосфомицина в лечении тяжелых инфекций у детей обосновано как отсутствием безопасных альтернатив среди резервных антибиотиков, так и его применимостью при инфекциях практически любой локализации, что выгодно с фармакоэкономической точки зрения.
Помимо бактерицидного действия, фосфомицин обладает иммуномодулирующими свойствами (стимуляция фагоцитоза, модуляция цитокинов), активностью против бактериальных биопленок, подавлением адгезии уропатогенов и доказанным нефропротективным действием при комбинации с нефротоксичными препаратами. Эти свойства расширяют терапевтические горизонты препарата и делают его востребованным инструментом в борьбе с инфекциями, вызванными устойчивыми возбудителями, у детей всех возрастных групп.
Внебольничная пневмония (ВП) – острое инфекционное заболевание легочной паренхимы, диагностируемое по синдрому дыхательных расстройств и/или физикальным данным, а также инфильтративным изменениям на рентгенограмме, развившееся вне стационара (в т.ч. диагностированное в первые 48 часов с момента госпитализации). ВП является острым заболеванием, поэтому определение «острая» перед диагнозом является излишним.
Депрессивный эпизод (ДЭ) у подростков распространен. Он часто сопровождается суицидальными тенденциями и требует безопасного лечения. Селективные ингибиторы обратного захвата серотонина (СИОЗС) – первая линия. Применение СИОЗС у детей часто off‑label. Данные о безопасности в условиях полипрагмазии ограничены.
Цель исследования: Оценить частоту и структуру нежелательных реакций (НР) у подростков с ДЭ и суицидальными тенденциями, получающих сертралин или флувоксамин, и выявить факторы риска НР в условиях полипрагмазии.
Материал и методы: Проспективное обсервационное исследование 173 пациентов (12–17 лет) с ДЭ и суицидальными мыслями/попытками, госпитализированных в психиатрическую больницу. Пациенты получали сертралин (n=133) или флувоксамин (n=40). НР регистрировались на 7‑е, 21‑е сутки и через 8 недель. Учитывалась сопутствующая терапия. Исследование было одобрено заседанием локального этического комитета.
Результаты: 88,4% пациентов получали дополнительную терапию. Общий профиль НР был сопоставим между группами, несмотря на более высокие дозы в подгруппе сертралина. Полипрагмазия значимо увеличивала НР: добавление антипсихотика к флувоксамину повышало соматические и общие НР, добавление нормотимика к сертралину – соматические НР, транквилизаторы по‑разному влияли на аппетит в зависимости от СИОЗС.
Обсуждение: Полученные данные указывают, что выбор СИОЗС не определяет спектр НР; ведущий фактор – полипрагмазия. Транквилизаторы могут вызывать парадоксальные эффекты на аппетит. Редкость опасных взаимодействий, вероятно, отражает клиническую настороженность врачей.
Заключение: Значимыми факторами риска НР являются добавление антипсихотика к флувоксамину, добавление нормотимика к сертралину и применение транквилизаторов. Выбор сертралина или флувоксамина сам по себе не влияет на частоту и структуру НР. Результаты подчеркивают необходимость тщательного наблюдения пациентов на комбинированной терапии.
Алиментарные факторы играют ключевую роль в реализации генетической предрасположенности к конституционально-экзогенному ожирению (КЭО) у детей раннего возраста.
Цель исследования: Оценить вклад питания матери во время беременности и постнатального пищевого поведения ребенка в риск развития КЭО у детей раннего возраста.
Методы: Проведено исследование 100 пар «мать-ребенок» (48 матерей с ИМТ≥25 кг/м2 и 52 – с ИМТ<25 кг/м2). Оценка питания матери осуществлялась ретроспективно с использованием стандартизированного опросника (42 продуктовые группы). Пищевое поведение ребенка анализировалось по данным анкетирования и медицинской документации. Использованы ROC-анализ, расчет площади под ROC-кривой (AUC) и отношение шансов (OR).
Результаты: Наиболее значимые предикторы развития ожирения – индекс потребления сладостей матерью (AUC 0,79), искусственное вскармливание (AUC 0,81), суммарный индекс нездорового пищевого поведения ребенка (AUC 0,84), частые перекусы (AUC 0,77).
Заключение: Алиментарные факторы обладают высокой прогностической ценностью и могут служить основой для персонифицированной профилактики КЭО уже на этапе беременности и первых месяцев жизни ребенка.
Витамин D является эссенциальным микронутриентом. Его достаточное потребление обеспечивает плейотропные эффекты: укрепление иммунитета, снижение риска воспалений и поддержку сердечно-сосудистой системы.
Цель обзора – актуализировать данные об обеспеченности российских детей витамином D и обновить информацию о способах эффективной компенсации дефицита этого витамина у детей в свете вступивших в силу клинических рекомендаций.
У 21–85,5% российских детей всех возрастов обнаруживается сниженный уровень в крови 25-гидроксивитамина D. Степень дефицита увеличивается с возрастом ребенка, а также сезонно снижается зимой и весной.
Во многих публикациях в качестве профилактических мер по устранению недостаточного потребления с пищей предлагались высокие дозы витамина D, соответствующие лечебным. Достоинством новых клинических рекомендаций «Недостаточность витамина D. Рахит» является консолидированное мнение врачей разных специальностей, четко разграничивающее дозировки витамина D на профилактические, корректирующие его недостаточное содержание в рационе детей, и лечебные дозы. Соответствие профилактических доз физиологической потребности организма позволяет применять их постоянно, тем более что после прекращения приема происходит постепенный возврат обеспеченности к исходному состоянию недостаточности. Лечебные дозы превосходят по размеру физиологические дозы и рекомендуются для приема курсами по назначению врача. Ограничение продолжительности назначения холекальциферола в лечебных дозах позволит устранять глубокий дефицит и клинические признаки рахита без опасения превышения верхнего безопасного уровня потребления.
К факторам, снижающим эффективность приема холекальциферола, относится одновременный недостаток в питании других микронутриентов.
Заключение: Основными ключевыми положениями клинических рекомендаций «Недостаточность витамина D. Рахит» (2026 г.) является четкое разграничение дозировок витамина D для профилактических и лечебных целей, постоянный прием профилактических доз и курсовой прием лечебных доз.
