Представлен анализ данных литераторы о факторах риска, звеньях патогенеза и танатогенеза эмболии амниотической жидкости у родильниц. Отмечены особенности развития грозных осложнений при эмболии амниотической жидкостью в виде кардиопульмонального шока, анафилактоидного синдрома и ДВС-синдрома. Подчеркнуто отсутствие патогномононичных клинико-лабораторных проявлений заболевания, вследствие чего в основе клинической диагностики эмболии амниотической жидкостью лежит принцип исключения, обязывающий проводить дифференциальную диагностику с целым рядом заболеваний. Приведены принципы лечения и формулировки окончательного клинического диагноза в случае материнской смерти от эмболии околоплодными водами. Объективная диагностика и верификация эмболии амниотической жидкостью возможна лишь при микроскопическом изучении гистологических и иммуногистохимических препаратов аутопсийного материала легких. 
Заключение. Эмболия амниотической жидкостью (околоплодными водами) остается редким, но жизнеугрожающим осложнением беременности, требующим проведение интенсивной терапии.

Цель. Определить подходы к понятию «репродуктивное здоровье» на основе комплексного анализа нормативных правовых документов и сформулировать современную дефиницию понимания репродуктивного здоровья.
Материалы и методы. Из справочной правовой системы «Консультант Плюс» с помощью поискового модуля идентифицировано 1279 документов, связанных с репродуктивным здоровьем. В исследовании рассмотрен раздел «Российское законодательство», в котором отобран 41 нормативный правовой документ, регулирующий изучаемые вопросы. 
Результаты. По результатам контент-анализа было установлено, что понятие «репродуктивное здоровье» в нормативных правовых документах часто связано с такими терминами, как «вспомогательные репродуктивные технологии», «репродуктивный возраст», «репродуктивная система» и «центр охраны репродуктивного здоровья подростков». 
С момента первого упоминания в 1995 г. термин «репродуктивное здоровье» и подходы к его пониманию претерпели значительные изменения, обусловленные социально-экономическими условиями и демографической политикой. По истечении нескольких десятков лет существования термина его интерпретация расширилась. Сначала репродуктивное здоровье рассматривалось только со стороны женского здоровья и профилактики абортов. Впоследствии при интерпретации понятия были учтены дети и подростки. Применение научно-обоснованного подхода в начале 2010-х гг. привело к включению вопросов мужской фертильности и возможности репродуктивного выбора для каждого индивидуума. 
Заключение. Установлено постепенное расширение понятия «репродуктивное здоровье» с включением дополнительных составляющих в понимание важности оценки репродуктивного потенциала населения. В настоящее время данное определение рассматривается мультидисциплинарно. 

Инфекционные осложнения, связанные с медицинскими имплантатами, в значительной степени обусловлены способностью бактерий формировать биопленки. Хотя физико-химические свойства поверхности материала признаны ключевым фактором адгезии, роль макроморфологии имплантата, в частности его фитильных свойств, способствующих распространению микроорганизмов, изучена недостаточно. Сравнительный анализ адгезии Staphylococcus aureus – основного возбудителя подобных инфекций – на широко используемых в хирургии полипропиленовых и титановых сетках представляет значительный интерес для оценки долгосрочных рисков.
Цель. Провести сравнительный анализ адгезии Staphylococcus aureus на титановых и полипропиленовых имплантатах с акцентом на характер распределения микроорганизмов и оценку потенциального риска формирования биопленки, обусловленного фитильными свойствами материалов.
Материалы и методы. В исследовании in vitro использовали сетчатые имплантаты: полипропиленовый (Gynemesh PS, Johnson & Johnson, США) и титановый («Титановый шелк», ООО «Эластичные титановые имплантаты», Россия). Образцы инкубировали с суточной культурой S. aureus VT209 при 37°C в течение 24 ч. Количество адгезированных бактерий количественно оценивали методом посева с подсчетом колониеобразующих единиц (КОЕ). Для анализа распределения бактерий и характеристик поверхности применяли сканирующую электронную микроскопию (СЭМ) и рентгеноспектральный микроанализ (РСМ).
Результаты. Количественные показатели адгезии S. aureus на титановых (Me=4,30×10²КОЕ [4,25×10²; 4,40×10²]) и полипропиленовых (Me=4,45×10² КОЕ [4,40×10²; 4,50×10²]) имплантатах были статистически сопоставимы (p>0,05). Однако выявлено фундаментальное различие в характере распределения микроорганизмов. На титановых имплантатах адгезия носила строго локализованный характер, ограничиваясь краевыми зонами с повышенной шероховатостью и микродефектами, что подтверждено СЭМ и РСМ. В отличие от этого на полипропиленовых имплантатах наблюдалось равномерное распределение бактерий по всей поверхности, что свидетельствует о выраженных фитильных свойствах материала, способствующих пассивному распространению и колонизации всей доступной площади.
Заключение. Несмотря на сходный уровень адгезии, выявленные различия в распределении микроорганизмов указывают на более высокий потенциальный риск формирования обширных, труднодоступных для антибиотиков и иммунной системы биопленок при использовании полипропиленовых имплантатов благодаря их выраженным свойствам адгезии. Локализованный характер адгезии на титане, напротив, потенциально упрощает идентификацию и хирургическую санацию очага инфекции. Полученные данные ставят под сомнение безопасность полипропилена с точки зрения долгосрочных инфекционных рисков и подчеркивает потребность для разработки имплантатов с подавленными фитильными свойствами или нанесения антимикробных покрытий на всю их поверхность.

Цель. Сравнительная оценка эффективности ML-модели на основе логистической регрессии с калибровкой по методу Платта и алгоритма Фонда медицины плода (Fetal Medicine Foundation, FMF) для прогнозирования преэклампсии в сроке до 37 недель (preterm preeclampsia, преждевременная пре­эклампсия) в российской популяции.
Материалы и методы. Ретроспективное когортное исследование включало 14 950 одноплодных беременностей (когорта разработки: n=7581; когорта валидации: n=7369). Оценивались материнские характеристики, биофизические (САД, ПИ маточных артерий) и биохимические (PlGF, PAPP-A, sFlt-1) маркеры в 11–13 недель. Исходом являлась преэклампсия с родоразрешением <37 недель. Сравнивались дискриминация (AUC), калибровка (O:E, Brier score) и клиническая полезность (DCA).
Результаты. При внутренней валидации ML-модель превосходила алгоритм FMF (AUC 0,923 против 0,906; ΔAUC=+0,017; p=0,013). При внешней валидации различия были статистически незначимы (AUC 0,900 против 0,889; p=0,229). ML-модель продемонстрировала существенно лучшую калибровку (O:E 0,974 против 0,808). Выявлено пересечение ROC-кривых при пороге 7–8% ложноположительных результатов.
Заключение. ML-модель продемонстрировала сопоставимую дискриминационную способность и существенно лучшую калибровку по сравнению с алгоритмом FMF. Выявленная комплементарность моделей указывает на потенциал гибридных подходов для оптимизации скрининга преэклампсии в российской популяции.

Преэклампсия (ПЭ) является ведущей причиной материнской и перинатальной заболеваемости и смертности, однако ее этиопатогенез остается не до конца ясным, что подчеркивает необходимость новых концептуальных подходов к изучению этого осложнения. В данной статье ПЭ рассматривается как системная протеинопатия второй половины беременности, последствие нейрогенного нейроиммунного комплемент-опосредованного конфликта матери и плода, ассоциированного с продукцией забарьерных нейронспецифических белков головного мозга плода в критический период нейрокортикогенеза после 22–24 недель гестации.
Цель данного обзора – осветить роль тау-белка, в особенности его патологической, токсичной цис-конформации (цис P-тау), в каскаде патофизиологических изменений при ПЭ с учетом структурно-функциональных особенностей тау-протеина и механизмов его патологической трансформации, системного распространения с формированием цистауоза, нарушения процесса аутофагии, применения тау-белка в качестве мишени таргетного диагностического и терапевтического воздействия.
Заключение. Представленная концепция раскрывает ПЭ как уникальную мультисистемную «таутопатию» перинатального периода, в основе которой лежит нейроиммунный конфликт, опосредованный нейронспецифическими белками головного мозга плода с ключевой ролью тау-протеина, обуславливающего тяжесть и органоспецифичность ее клинической картины. Это объясняет временны́е рамки развития ПЭ, полиморфизм ее проявлений и открывает принципиально новые направления для разработки патогенетически обоснованных методов диагностики и лечения.

Цель. Изучение роли рецепторов васкулоэндотелиального фактора роста сосудов (VEGFR1, VEGFR2) в формировании плацентарной недостаточности у женщин с привычным выкидышем (ПВ). 
Материалы и методы. Обследованы 347 беременных: 247 женщин с ПВ и 104 с беременностью без ПВ в анамнезе, из общего количества которых у 75 проведено обзорное гистологическое и иммуногистохимическое (ИГХ) исследование плацент с антителами к VEGFR1 и VEGFR2. Материал от пациенток, чьи плаценты были подвержены патоморфологическому исследованию, разделили на 3 группы: 1-ю группу составили плаценты женщин с ПВ, родивших в сроки доношенной беременности (n=25), 2-ю группу – родоразрешенных в период с 26⁰ по 36⁶ недель (n=20). В группу сравнения включили образцы плацент 30 пациенток без ПВ в анамнезе (роды в 37–40 недель). Статистическую обработку результатов осуществляли, используя пакет прикладных программ Excel-2010 и STATISTIKA 13.0. 
Результаты. У женщин с ПВ отмечено осложненное течение беременности на всем ее протяжении. Наиболее часто встречалась угроза прерывания во всех триместрах гестации с реализацией в преждевременные роды. Средний срок преждевременных родов составил 31¹ (26⁰–36³) недель. При ИГХ отмечено, что при преждевременных родах в образцах плацент индекс экспрессии VEGFR1 в децидуальных клетках, VEGFR2 в синцитиотрофобласте хориальных ворсин значительно меньше (p=0,0002), чем при доношенной беременности. Кроме того, преждевременные роды в 65% случаев сочетались с преждевременной отслойкой плаценты, реализуемой, как правило, при нарушении гестационных преобразований спиральных сосудов. 
Заключение. У женщин с ПВ высокая частота встречаемости осложнений гестации, преимущественно угрозы прерывания с реализацией в преждевременные роды и плацентарных нарушений. Механизмы формирования осложнений беременности у женщин с ПВ, по нашим данным, связаны с низкой экспрессией VEGFR1 и VEGFR2 в плаценте и последующим нарушением гестационной перестройки маточно-плацентарных сосудов и васкуляризации ворсинчатого хориона, что следует рассматривать как элемент хронической плацентарной недостаточности и учитывать на прегравидарном этапе.

Цель. Оценить параметры эмбриологического и клинического этапов в программе экстракорпорального оплодотворения (ЭКО) у супружеских пар с бесплодием неясного генеза (БНГ) при применении стандартного ЭКО и интрацитоплазматической инъекции сперматозоида в ооцит (ИКСИ). 
Материалы и методы. Выполнено одноцентровое проспективное cравнительное исследование, включавшее 116 циклов вспомогательных репродуктивных технологий у пар с БНГ, в период с января 2024 г. по январь 2026 г. В 58 циклах применяли стандартное ЭКО, в 58 – ИКСИ. Из анализа исключали циклы со смешанным методом оплодотворения и циклы с проведением преимплантационного генетического тестирования на анеуплоидии (ПГТ-А). Первичной конечной точкой являлась частота нормального оплодотворения. Вторичными конечными точками были частота бластуляции, процент бластоцист хорошего качества, частота имплантации, частота наступления беременности и частота клинической беременности. Для учета потенциальных смешивающих факторов выполнен скорректированный анализ с использованием обобщенных линейных моделей; для сравнения частоты наступления беременности применяли точный критерий Фишера. 
Результаты. Исходные клинические характеристики групп в целом были сопоставимы, однако стартовая доза гонадотропинов была выше в группе ИКСИ. Концентрация сперматозоидов, их общая подвижность и доля зрелых ооцитов были выше в группе стандартного ЭКО. Статистически значимых различий между группами по первичной конечной точке (частоте нормального оплодотворения) выявлено не было. Также не обнаружено значимых различий по частоте бластуляции и доле бластоцист хорошего качества. Частота имплантации, наступления беременности, а также клиническая беременность была выше в группе ИКСИ, однако различия не достигли статистической значимости. После многомерной корректировки метод ИКСИ не ассоциировался с повышением частоты нормального оплодотворения (aOR 0,96; 95% ДИ 0,74–1,25; p=0,763), бластуляции (aOR 0,77; 95% ДИ 0,59–1,01; p=0,063), формирования бластоцист хорошего качества (aOR 0,80; 95% ДИ 0,49–1,31; p=0,370) и имплантации (aOR 1,01; 95% ДИ 0,003–330; p=0,962).
Заключение. У пациенток с БНГ применение ИКСИ не сопровождалось улучшением частоты нормального оплодотворения и большинства эмбриологических показателей по сравнению со стандартным ЭКО. Полученные данные не поддерживают рутинное использование ИКСИ у супружеских пар с БНГ и обосновывают необходимость селективного подхода к выбору метода оплодотворения.

Цель. Оценить распространенность различных вульвовагинальных инфекций (ВВИ) и клиническую эффективность и безопасность препарата, содержащего тиоконазол, тинидазол и лидокаин, в форме вагинальных суппозиториев (Гайномакс Плюс) у женщин с ВВИ в условиях рутинной клинической практики.
Материалы и методы. В исследование были включены 140 женщин в возрасте 18–49 лет с диагнозом ВВИ, которым был назначен трехдневный курс лечения препаратом Гайномакс Плюс. В ходе исследования оценивали частоту клинического успеха лечения и частоту эрадикации возбудителей ВВИ, скорость исчезновения симптомов, динамику pH влагалищных выделений, а также частоту успеха лечения сопутствующего цервицита, удобство применения и безопасность.
Результаты. Среди 140 пациенток, включенных в исследование, преобладали смешанные ВВИ (60,71%), реже диагностировали кандидозный вульвовагинит (27,14%), бактериальный вагиноз (11,43%) и аэробный вагинит (0,71%). Клинический успех отмечен у 97,1% пациенток на Визите 2 (10–14-й день) и сохранялся у 89,6% на Визите 3 (28–30-й день). Среднее время исчезновения патологических выделений из влагалища, чувства жжения и зуда составляло 2,43–2,77 дня, диспареуния регрессировала быстрее (через 1,74 дня). При этом 85% пациенток отметили улучшение уже в первые сутки применения препарата. Наблюдалась высокая микробиологическая эффективность: эрадикация возбудителя составила 100% для аэробных бактерий и 75–100% для большинства анаэробных микроорганизмов (в том числе Gardnerella vaginalis – 75% и Atopobium vaginae – 100%), 100% для Mycoplasma hominis, 68,0% для Candida spp. и 50,0% для Ureaplasma spp. Успех терапии сопутствующего цервицита достигнут у 92,9%. Средний pH снизился с 5,42±0,89 до 4,37±0,60. Нежелательные явления зарегистрированы у 4,3% пациенток (6/138), носили легкий характер и не были связаны с терапией. 
Заключение. В условиях рутинной клинической практики в основном встречаются смешанные вагинальные инфекции. Препарат Гайномакс Плюс продемонстрировал высокую клиническую эффективность, выраженную эрадикацию возбудителей ВВИ, высокую эффективность терапии сопутствующего цервицита, а также благоприятный профиль безопасности.

14 апреля 2026 г. состоялся Совет экспертов, посвященный актуальному состоянию проблемы нарушений менструального цикла (НМЦ) у женщин репродуктивного возраста в Российской Федерации. По результатам проведенных в ходе совещания научных докладов и дискуссии эксперты пришли к следующему общему мнению.

Преждевременные роды остаются ведущей причиной перинатальной заболеваемости и смертности при многоплодной беременности. 
Цель. Улучшить перинатальные исходы многоплодной беременности созданием номограммы для прогнозирования рисков спонтанных преждевременных родов
Материалы и методы. В исследование включено 839 пациенток с двойней. В зависимости от исхода (преждевременные роды или своевременные роды) пациентки были распределены на группы:
группа 1 – пациентки со своевременными родами (n=175), группа 2 – пациентки с преждевременными родами (n=664). На основе значимых предикторов с помощью ROC-анализа построена номограмма для оценки риска преждевременных родов. 
Результаты. При многофакторном анализе независимыми предикторами преждевременных родов явились дискордантность массы тела плодов (ОШ=1,044; 95% ДИ 1,024–1,064; p<0,001) и хориальность двойни (монохориальная диамниотическая: ОШ=2,993; 95% ДИ 1,677–5,340; p<0,001). На основе модели построена номограмма для расчета риска преждевременных родов. Удовлетворительная прогностическая ценность модели была подтверждена ROC-анализом (AUC=0,766).
Заключение. Риск преждевременных родов при многоплодной беременности наиболее ассоциирован с хориальностью двойни и дискордантностью роста плодов, что важно для персонализированного ведения пациенток высокого риска.

Эндометриоз – хроническое заболевание, значимо снижающее качество жизни женщины и влияющее на ее фертильность. Подбор адекватной терапии, направленной на стабилизацию процесса и профилактику его прогрессирования, является трудной клинической задачей для гинеколога, особенно когда хирургическое лечение не показано. В последние годы применение гестагенов и, в частности диеногеста, все больше демонстрирует стойкий положительный эффект в отношении различных проявлений этого заболевания.
Цель. Изучить клинический эффект применения, переносимость и приверженность к лечению препаратом «ДляЖенс метри» (диеногест 2 мг) у пациенток с эндометриозом, нуждающихся в гормональной терапии.
Материалы и методы. В наблюдательное исследование были включены 740 пациенток 20–45 лет с эндометриозом I–II степени распространенности. Проведен анализ профиля менструальных крово­течений, выраженности дисменореи, изменений индекса массы тела (ИМТ), частоты нежелательных реакций, приверженности и удовлетворенности терапией пациентками и врачами.
Результаты. На фоне терапии ДляЖенс метри отмечено выраженное снижение частоты обильных менструаций, их продолжительности и различных проявлений болевого синдрома (дисменорея, диспареуния, хроническая тазовая боль). Через 6 месяцев лечения только 16,2% женщин предъявляли эндометриоз-ассоциированные жалобы. Не было выявлено клинически значимой динамики по весу и ИМТ у пациенток при приеме ДляЖенс метри на протяжении всего исследования. Отмечена высокая удовлетворенность лечением как врачами, так и пациентками. Низкая частота нежелательных реакций подтверждает безопасность длительной терапии диеногестом.
Заключение. Результаты нашего исследования показали эффективность и высокую степень удовлетворенности российским препаратом диеногеста «ДляЖенс метри» среди пациенток с эндометриозом в течение 6 месяцев наблюдения в условиях рутинной клинической практики. Более того, низкая вероятность нежелательных реакций и отсутствие влияния на вес и либидо обеспечила высокую приверженность к приему гормональной терапии.

Цель. Оценить влияние добавления фотодинамической терапии (ФДТ) к стандартной гормональной терапии на репродуктивные исходы, частоту клинических проявлений и частоту рецидивов у пациенток репродуктивного возраста с гиперплазией эндометрия (ГЭ) и аденомиозом.
Материалы и методы. Выполнено ретроспективное одноцентровое сравнительное исследование (сплошная выборка) за 2021–2023 гг. В исследование включены 48 пациенток в возрасте от 25 до 45 лет с установленным диагнозом аденомиоз (клинически, методом УЗИ, в ходе гистероскопии) и ГЭ без атипии, выявленной по данным гистологического исследования. Сформированы группы: медикаментозная терапия (n=21), комбинированная терапия с добавлением ФДТ эндометрия (n=27). Оценивались репродуктивные исходы, включая частоту и время до наступления беременности, клинические симптомы до и после лечения, процент рецидивирования ГЭ по данным контрольных морфологических исследований биоптатов эндометрия. Период наблюдения составил до 36 месяцев.
Результаты. Добавление ФДТ в составе комбинированного лечения сопровождалось статистически значимым увеличением частоты наступления беременности (p=0,002), при этом время до наступления беременности среди забеременевших статистически значимо не различалось (p=0,750). Частота клинических проявлений после лечения снижалась в обеих группах. Несмотря на более низкую частоту сохранения аномальных маточных кровотечений, обильных менструальных кровотечений и дисменореи в группе комбинированной терапии с ФДТ, статистически значимых межгрупповых различий по этим показателям не получено. Рецидив ГЭ реже регистрировался в группе комбинированной терапии по сравнению с группой традиционной гормональной терапии (3/18 [16,7%] против 6/13 [46,2%]; ОР=0,36; 95% ДИ 0,11–1,18; p=0,114).
Заключение. У пациенток с ГЭ и аденомиозом комбинированная терапия с включением ФДТ ассоциировалась с более высокой частотой наступления беременности по сравнению с изолированной гормональной терапией, что свидетельствует о перспективности данного подхода в лечении сочетанной гормонозависимой патологии. По частоте рецидивов ГЭ и сохранения клинических симптомов после лечения также отмечалась тенденция в пользу комбинированной терапии с ФДТ, однако статистически значимых межгрупповых различий по этим показателям не получено. 

Проблема тазового предлежания (ТП) плода остается актуальной в связи с дискуссионными вопросами о методах коррекции и способе родоразрешения. Роды в ТП через естественные родовые пути ассоциированы с более высоким уровнем перинатальной заболеваемости и летальности по сравнению с родоразрешением путем кесарева сечения (КС) в ТП. Клинически важно подтверждение ТП в 36 недель беременности и ознакомление пациентки с рисками, связанными с родами в ТП, медицинскими вмешательствами, позволяющими снизить этот риск, и возможными методами родоразрешения и их осложнениями. В последние годы в мировой научной литературе появляется все больше работ, в которых сообщают, что наружный акушерский поворот (НАП) (при учете показаний и противопоказаний) является эффективной и безопасной альтернативой родоразрешению в ТП, как через естественные родовые пути, так и путем КС. 
Заключение. НАП является относительно несложной, неинвазивной процедурой с низким риском собственных осложнений и позволяет снизить частоту осложнений, обусловленных родами в ТП плода. Применение токолитиков при НАП рекомендовано всем, у кого нет противопоказаний. Регионарная аналгезия является методом выбора при проведении НАП, однако ее целесообразно применять по индивидуальным показаниям (неуспех первой попытки, обусловленной плохой переносимостью процедуры – боль, непроизвольное напряжения мышц брюшного пресса). Процедура НАП имеет высокую степень экономической целесообразности за счет снижения частоты КС, что повышает перспективу последующих деторождений. 

Цель. Оценка специфической активности иммуноглобулинов сывороток крови в отношении белка матриксная металлопротеиназа-11 (matrix metalloproteinase-11, MMP11) в группах многодетных матерей и пациенток с миомой матки.
Материалы и методы. Клонирован фрагмент кДНК, содержащий ген MMP11 из клеточной линии с повышенной экспрессией данного белка, получен продуцент белка MMP11 в E. coli, проведена очистка рекомбинантного белка, после чего он был использован для исследования предельного титра антител в сыворотках крови пациентов с применением непрямого иммуноферментного анализа. Сыворотки доноров крови (100 образцов) отбирали среди пациентов, проходивших лечение в НМИЦ АГП
им. В.И. Кулакова МЗ РФ, давших информированное согласие на участие в исследовании. Для исследования иммунологической активности сывороток в отношении белка MMP11 было сформировано четыре группы пациентов: контрольная группа мужчин; группа женщин без диагностированных миом, у которых в анамнезе имелось пять или более успешно завершившихся беременностей; группа женщин с миомами, также с пятью или более успешно завершившимися беременностями, а также женщины с рецидивирующими миомами. Экспрессионная конструкция, содержащая ген MMP11, была встроена в геном E. coli, в результате чего данный белок был получен в препаративных количествах, достаточных для изучения его реакции с антителами из сывороток крови различных групп пациенток.
Результаты. Анализ данных, полученных с помощью иммуноблоттинга, показал, что в сыворотках крови многодетных женщин без миом содержатся антитела на белок MMP11, что дало основания для более широкого исследования иммунологической реактивности сывороток крови различных групп пациентов в отношении данного белка. Наиболее высокую реактивность в отношении MMP11 показали сыворотки многодетных женщин в целом (при этом среднее значение для подгруппы многодетных женщин с миомами было выше, но статистически не значимо); у пациенток с миомами реактивность была ниже, чем в первой подгруппе, у контрольной группы (мужчины) – самой низкой. При этом статистический анализ выявил значимые различия между группами при всех разведениях, то есть имеет место дозозависимость иммунологической реакции.
Полученные результаты подтверждают наличие статистически значимых различий в реактивности сывороток между исследованными группами; при этом выявленная дозозависимая динамика соответствует ожидаемым иммунологическим закономерностям.
Заключение. Согласно полученным данным, белок MMP11 вступает в реакции с антителами из сывороток различных групп пациентов, при этом в группе многодетных матерей был выявлен более высокий уровень иммунного ответа на данный белок. Белок ММP11 может в дальнейшем быть полезен в процессе разработки и тестирования новой таргетной профилактической терапии миомы матки. 

Цель. Изучение взаимосвязи антенатальной маловесности с неблагоприятными перинатальными исходами у доношенных новорожденных.
Материалы и методы. Ретроспективное когортное исследование 200 беременных, родоразрешенных в ФГБУ «НМИЦ АГП им. В.И. Кулакова» (2020–2025 гг.). Основная группа (n=100) включала пациенток с одноплодной доношенной беременностью и плодом с малой массой для гестационного срока; группа сравнения (n=100) – с нормовесным плодом. Оценены клинико-анамнестические данные, особенности беременности, родов и осложнения раннего неонатального периода. Статистическая обработка проводилась в JASP (t-критерий Стьюдента, критерий Манна–Уитни, хи-квадрат, точный критерий Фишера, простая и множественная логистическая регрессия (p<0,05)).
Результаты. Маловесность для гестационного возраста (МГВ) статистически значимо ассоциирована с повышенным риском неблагоприятных перинатальных исходов. Частота наступления композитного неблагоприятного исхода была значимо выше в группе МГВ (24%) по сравнению с группой сравнения (8%) (p=0,002). У новорожденных с МГВ отмечалась выраженная тенденция к росту частоты формирования кефалогематом, поражений ЦНС и инфекционно-воспалительных процессов. В простой логистической регрессии МГВ увеличивал риск неблагоприятного исхода в 3,6 раза (ОШ=3,63; 95% ДИ: 1,54–8,55; p=0,003). Многомерный анализ с поправкой на возраст матери подтвердил, что МГВ остается независимым предиктором неблагоприятных исходов (скорректированное ОШ=3,62; 95% ДИ: 1,52–8,62; p=0,004).
Заключение. МГВ – это самостоятельный фактор риска неблагоприятных перинатальных исходов, требующий пересмотра традиционных взглядов из-за гетерогенности группы и трудностей при постановке диагноза.

Цель. Выявить связь между латентными и явными материнскими факторами риска, сроком родоразрешения и потребностью в интенсивной терапии новорожденного при задержке роста плода (ЗРП) или малом для гестационного возраста плоде (МГВ).
Материалы и методы. В период 2018–2023 гг. выполнено проспективное когортное исследование. Основная клиническая база: перинатальный центр ГБУЗ Республики Крым «Республиканская клиническая больница им. Н.А. Семашко». Включено 611 женщин с недостаточным ростом плода (НРП): с ЗРП (n=435) и МГВ (n=176).
Результаты. Материнская коморбидность, ассоциированная с НРП, имеет преимущественно кардиометаболический генез, но у 45,5% пациенток не ясна (идиопатическая), чаще при ЗРП. Преэклампсия (ПЭ) и сахарный диабет 1 типа (СД 1) эксклюзивные маркеры ЗРП; гестационная и хроническая артериальная гипертензия (ГАГ и ХАГ) и гестационный СД (ГСД) более характерны для МГВ.
ЗРП эксклюзивно связана с экстренным родоразрешением по плодовым показаниям при тяжелой ПЭ, неизвестной причине, ГАГ. Стремительные роды – абсолютный маркер ЗРП, дискоординация родовой деятельности – МГВ.
Родоразрешение в рекомендуемый оптимальный гестационный интервал соблюдается у 37,64% пациенток с НРП, чаще при МГВ, возможно ранее третьего ультразвукового скрининга. Недоношенность эксклюзивна для ЗРП. Частота ятрогенной недоношенности 86,49%, ее определяют ПЭ и ХАГ. Неизвестная причина НРП ассоциирована с родоразрешением 46,76% пациенток с ЗРП вне оптимального интервала, у 9,9% из них – опережая его.
Интенсивная терапия (ИТ) требуется 73,16% новорожденным, 20,95% из них респираторная поддержка (РП). Потребность в ИТ новорожденного с РП исключительна для ЗРП. МГВ как конституциональная особенность плода не исключает потребность в ИТ без РП.
Родоразрешение ранее 39 недель при МГВ прогнозируемо по ИТ новорожденного, а ранее 35 недель при ЗРП по ИТ+РП.
Заключение. Латентные риски НРП, помимо материнских кардиометаболических, могут возникнуть у 45,5% пациенток как до срока третьего скрининга, так и в доношенном сроке, что ведет к упущению оптимального срока родоразрешения (чаще при ЗРП). Пациентки с НРП угрожаемы по экстренному родоразрешению, недоношенности (34,02%, включая экстремальную), 86,49% из которой ятрогенная. МГВ, позиционируемая как конституциональная особенность плода, не исключена при ГАГ, ХАГ и ГСД. Потребность в ИТ возникает у 73,16% новорожденных, у 20,95% из них с РП (исключительно при ЗРП). Недоношенность, безусловно, причастна к ИТ.
Своевременная диагностика кардиометаболических материнских нарушений, хронических и гестационных, позволит вовремя выявить ЗРП и МГВ, определить срок и место оптимального родоразрешения для минимизации неонатальных рисков.

Остается актуальной тема ведения беременности, отягощенной онкологическим заболеванием. Большое значение имеет анализ наблюдений беременных с опухолями различной локализации. 
Описание. У пациентки 34 лет при ультразвуковом исследовании почек во II триместре беременности впервые выявлено забрюшинное внеорганное образование на уровне ворот правой почки, позвонков L2–L3. Течение беременности благоприятное, роды срочные, вагинальные. В послеродовом периоде проведена компьютерная томография с контрастированием; опухоль удалена лапароскопически, по результатам гистологического и иммуногистохимического исследования диагностирована шваннома. 
Заключение. Представленный клинический случай забрюшинной шванномы, выявленной во время беременности, заслуживает внимания в связи с редкостью патологии, сложностью диагностики и ведения.

Широкое внедрение агонистов рецепторов глюкагоноподобного пептида-1 (арГПП-1) в терапию сахарного диабета 2 типа и ожирения у женщин репродуктивного возраста обуславливает актуальность исследования их потенциального влияния на фертильность. Настоящий обзор систематизирует современные данные о роли инкретиновой системы в регуляции женской репродуктивной функции. Наиболее убедительные данные, полученные у пациенток с синдромом поликистозных яичников (СПЯ), демонстрируют способность арГПП-1 снижать инсулинорезистентность и гиперинсулинемию, что ассоциировано с восстановлением регулярности менструального цикла, увеличением частоты овуляторных циклов и повышением вероятности наступления беременности. Репродуктивные эффекты опосредованы как системным улучшением метаболизма и снижением массы тела, так и прямым действием на ткани, экспрессирующие рецепторы ГПП-1 (гипоталамо-гипофизарная система, яичники, эндометрий). К прямым механизмам относятся модуляция стероидогенеза, повышение рецептивности эндометрия, уменьшение воспаления и окислительного стресса. 
Вопрос безопасности применения арГПП-1 в периконцепционный период остается дискуссионным. Несмотря на данные доклинических исследований о потенциальной эмбриотоксичности, доступные клинические наблюдения не выявили статистически значимого увеличения риска врожденных пороков развития на фоне случайного приема препаратов в первом триместре беременности. Тем не менее действующие рекомендации предписывают отмену терапии до зачатия.
Заключение. Для расширения клинического применения арГПП-1 в гинекологической и репродуктологической практике необходимы дальнейшие исследования, направленные на изучение их эффективности у женщин без СПЯ, разработку стандартизированных протоколов периконцепционной безопасности и оценку потенциала новых поколений инкретиновых препаратов. 

Магний является кофактором более 600 ферментативных реакций и играет ключевую роль в поддержании репродуктивного здоровья женщин. Дефицит магния ассоциирован с дисменореей, предменструальным синдромом (ПМС), нарушениями менструального цикла, а в перспективе – с осложнениями беременности (преэклампсия, преждевременные роды, задержка роста плода). Несмотря на клиническую значимость, исследования распространенности дефицита магния среди молодежи Республики Башкортостан отсутствуют. Учитывая, что преконцепционная подготовка является ключевым периодом для профилактики репродуктивных потерь, своевременное выявление и коррекция дефицита магния у девушек раннего репродуктивного возраста приобретают важное значение.
Цель. Оценить распространенность дефицита магния среди студенческой молодежи Республики Башкортостан, проанализировать его связь с характером питания и показателями репродуктивного здоровья у девушек (регулярность менструального цикла, выраженность дисменореи и предменструального синдрома), а также представить динамику лабораторных и клинических показателей на фоне трехмесячной терапии цитратом магния у пациенток с верифицированным дефицитом магния.
Материалы и методы. Обследованы 606 студентов (480 девушек, 126 юношей) в возрасте 15–19 лет. Определяли уровень магния в сыворотке крови (референсные значения 0,77–1,03 ммоль/л). Оценивали регулярность менструального цикла, интенсивность дисменореи по визуальной аналоговой шкале (ВАШ, 0–10 баллов) и выраженность ПМС по суммарному баллу (10 симптомов, 0–30 баллов). 135 девушкам с гипомагниемией (<0,77 ммоль/л) назначали цитрат магния (Solgar) в дозе 400 мг элементарного магния в сутки per os в течение 3 месяцев.
Результаты. Дефицит магния (<0,77 ммоль/л) выявлен у 240/480 (50,0%) девушек и 55/126 (43,7%) юношей в возрасте 15–19 лет. Частота дефицита не различалась между возрастными подгруппами 15–17 и 18–19 лет. Медиана уровня магния у девушек с дефицитом была значимо ниже, чем у юношей: 0,64 [0,50; 0,71] против 0,70 [0,58; 0,75] ммоль/л. Наибольшая частота дефицита магния ассоциирована с регулярным употреблением фастфуда (35,9%) и низким потреблением овощей и фруктов (27,6%).
На фоне трехмесячной терапии цитратом магния (400 мг/сут) у 135 девушек с гипомагниемией нормализация уровня магния достигнута у 129 (95,5%); медиана уровня магния повысилась с 0,65 [0,52; 0,70] до 0,85 [0,78; 0,93] ммоль/л. Интенсивность дисменореи по ВАШ снизилась с 7 [5; 8] до 3 [2; 5] баллов. Суммарный балл симптомов ПМС уменьшился с 18 [15; 22] до 8 [5; 12]. Доля девушек с регулярным менструальным циклом увеличилась с 68,8% (93/135) до 95,5% (129/135).
Заключение. Дефицит магния широко распространен среди студенческой молодежи Республики Башкортостан, ассоциирован с нарушениями менструального цикла, дисменореей и ПМС. Трехмесячная терапия цитратом магния (400 мг/сут) эффективно корригирует дефицит и улучшает клинические показатели репродуктивного здоровья у девушек 15–19 лет, что обосновывает целесообразность скрининга магниевого статуса в рамках преконцепционной подготовки.

Внутриматочная патология – одна из ведущих причин нарушения репродуктивной функции женщин. По данным литературы, от 25 до 50% случаев бесплодия, невынашивания беременности, аномальных маточных кровотечений связаны с органической патологией полости матки. Трубные углы матки – одна из ключевых, но недооцененных зон, где локальные изменения могут существенно влиять на репродуктивное здоровье женщин.
В настоящем обзоре проанализированы и обобщены существующие литературные данные по внутриматочной патологии, локализованной в трубных углах. Изучены и описаны многофакторные патогенетические механизмы формирования патологии в трубных углах матки. Большинство проанализированных работ за период 2018–2025 гг. дают общую частоту нозологий или приводят отдельные серии с описанием локализации в углах, но без представления систематизированной статистики. Диагностика и дифференциация патологии в трубных углах имеют важное клиническое значение в сохранении репродуктивного здоровья и фертильности женщины, а также для своевременного лечения предраковых заболеваний эндометрия. Рассмотрены диагностические методики с описанием этапности и значимости каждой из них в клинической практике. 
Заключение. Трубные углы матки – недооцененный регион, где локальные изменения в сочетании с системными факторами существенно влияют не только на формирование внутриматочной патологии, но и на фертильность и исход беременности. Сложившаяся ситуация требует детального изучения морфологической структуры, функциональных особенностей данной области, поиска возможных предикторов с последующим формированием критериев диагностики и разработкой стратегии по предупреждению рецидива.

В статье представлены современные данные о структурно-функциональной организации внеклеточного матрикса (ВКМ), его роли в поддержании тканевого гомеостаза, регуляции клеточной пролиферации, миграции, дифференцировки и апоптоза. ВКМ рассматривается как динамическая, активно ремоделирующаяся система, обеспечивающая не только механическую целостность тканей, но и клеточно-матриксное взаимодействие. Подробно описаны основные компоненты ВКМ: фибриллярные белки, адгезивные гликопротеины, протеогликаны, гликозаминогликаны и ферменты ремоделирования. Освещена концепция хроностарения ВКМ, обусловленная возрастным снижением синтетической активности фибробластов и повышением активности матриксных металлопротеиназ.
Рассмотрены патогенетические аспекты стрессового недержания мочи и генитоуринарного менопаузального синдрома, ассоциированные с деградацией коллаген-эластинового каркаса, нарушением соотношения коллагенов, дисбалансом металлопротеиназ и их тканевых ингибиторов, а также эстрогенодефицитом и хроническим воспалением. Обоснована терапевтическая стратегия матрикс-ориентированной регенерации с применением многокомпонентных биомиметиков ВКМ, воспроизводящих состав, архитектуру и сигнальные свойства нативного матрикса.
Охарактеризована линейка отечественного биомиметического гидрогеля – многокомпонентного биомиметика ВКМ «СФЕРОгель» для матрикс-ориентированной регенерации, восстанавливающей архитектонику тканей и клеточно-матриксное взаимодействие. Представлены модификации LIGHT, MEDIUM и LONG, различающиеся размером микрочастиц и кинетикой биорезорбции, что позволяет осуществлять персонализированный выбор в зависимости от клинической задачи. Приведены клинические наблюдения, демонстрирующие эффективность персонализированного выбора модификаций биомиметического гидрогеля, являющегося патогенетически обоснованным и без­опасным методом матрикс-ориентированной терапии при хронических заболеваниях урогенитального тракта.
Заключение. ВКМ является не пассивным каркасом, а активной динамической системой, определяющей клеточную судьбу, тканевой гомеостаз и репаративный потенциал.

Цель. Выявить особенности анамнестических данных, течения беременности и результатов патологоанатомического исследования у пациенток с антенатально погибшими доношенными плодами в зависимости от наличия мекония в амниотической жидкости.
Материалы и методы. Проведен ретроспективный анализ индивидуальных карт беременных, историй родов и протоколов патологоанатомического вскрытия 83 мертворожденных за 2021–2023 гг. Пациентки были разделены на 2 группы: I группа – пациентки с мекониальным окрашиванием амниотической жидкости (МОАЖ) (n=55), II группа – пациентки со светлой амниотической жидкостью (n=28). 
Результаты. У пациенток I группы в анамнезе чаще отмечались искусственное прерывание беременности (р=0,048), патология прикрепления плаценты, маловодие, которое может являться маркером МОАЖ (р=0,041). На момент гибели плода срок гестации в I группе был больше, чем во II группе (р=0,003). Преждевременная жировая трансформация вилочковой железы с сопоставимой частотой отмечалась у мертворожденных обеих групп. В большинстве образцов плацент обеих групп отмечались признаки хронической плацентарной недостаточности и воспалительно-иммунных нарушений.
Заключение. Не выявлено прямой связи между дистрессом плода, приведшем к антенатальной гибели и МОАЖ. Вероятность МОАЖ возрастает с увеличением гестационного возраста плода и маловодия. Необходимо более интенсивное наблюдение за функциональным состоянием плода во второй половине III триместра беременности у пациенток группы высокого риска. 

Предменструальный синдром (ПМС) значительно снижает качество жизни женщин репродуктивного возраста. Препараты из экстракта плодов прутняка обыкновенного (Vitex agnus-castus, VAC) широко применяются для коррекции симптомов ПМС, однако данные об их эффективности требуют систематизации.
Цель. Обобщить и проанализировать данные метаанализов, систематических обзоров и рандомизированных клинических исследований (РКИ) об эффективности и безопасности применения VAC при лечении ПМС.
Материалы и методы. Проведена оценка информационных баз системы Cochrane, MEDLINE, PubMed. Keywords (слова для поиска): «premenstrual syndrome» и «Vitex agnus-castus». Глубина поиска составила 30 лет (1997–2026 гг.). В анализ включены 10 систематических обзоров/метаанализов и 11 РКИ.
Результаты. Данные крупных метаанализов демонстрируют значимое превосходство VAC над плацебо: вероятность ремиссии возрастает в 2,57 раза при величине эффекта Hedges’ g -1,21. РКИ подтверждают достоверное уменьшение как физических (масталгия, отечность), так и психоэмоциональных симптомов. В сравнительном исследовании с флуоксетином VAC показал сопоставимую эффективность при предменструальном дисфорическом расстройстве, при этом лучше влияя на физические проявления. Установлена нелинейная зависимость «доза-эффект», где дозировка 20 мг продемонстрировала оптимальный результат. Профиль безопасности препаратов на основе VAC оценен как благоприятный: побочные эффекты (легкие диспепсические расстройства, головная боль) были редки, обратимы и не требовали отмены терапии. Ряд авторов указывает на высокую гетерогенность исследований (I² до 91%) и риск систематических ошибок.
Заключение. Vitex agnus-castus может рассматриваться как вариант симптоматической терапии у пациенток с легким и умеренным ПМС, преимущественно при преобладании соматических симптомов, при условии применения стандартизированных препаратов и учета ограничений доказательной базы. Наибольшая доказательная база накоплена при курсовом приеме продолжительностью не менее трех менструальных циклов. Однако высокая гетерогенность исследований требует проведения дополнительных мультицентровых РКИ для подтверждения полученных результатов.